КРАХ ГОСОХОТНАДЗОРА

Категории: Статьи
28.06.2018
Видеоролик с пьянкой, картами и лихими переодеваниями чиновников госохотнадзора Оренбургской области наделал много шума, попав на центральные каналы и в социальные сети. Многие из моих коллег-охотоведов в недоумении по сей день: что это было? Я думаю, что это было ровно то, что есть – яркий пример краха системы госохотнадзора в регионах. Система деградирует и разлагается с той скоростью, какую ей обеспечивают региональные условия, традиции и специфическое понятие об охоте и охотничьем хозяйстве. Оренбург, Республика Коми, Удмуртия, Омск, Челябинск, Курган – региональный аспект имеет значение?



На самом почетном месте в моей личной библиотеке есть несколько совсем невзрачных, но очень ценных книг с личными автографами уважаемых мной авторов и выдающихся личностей. Среди них книга биолога-охотоведа Александра Алексеевича Тихонова «Охотничье хозяйство России». Десять лет назад Александр Алексеевич в кратком, но емком обзоре изложил историю становления системы органов государственного управления охотничьим хозяйством России. В этой небольшой работе автор приходит к выводу о том, что охотничье хозяйство России динамично развивалось с 1955 по 1988 годы. Развал отрасли начался даже не с ликвидации самостоятельного федерального органа по охране и использованию охотничьих животных (Главохоты РСФСР), как считают многие авторитетные эксперты, а гораздо раньше. «Первым ударом была передача из ведения Главохоты государственных заповедников, части федеральных заказников и пятой части численности работников охотнадзора в Госкомприроду РСФСР». С 1988 года начинается деградация охотничьего промысла, в системе Главохоты ликвидируются госпромхозы и зоокомбинаты, в потребительской кооперации разрушается сеть кооперативных промысловых хозяйств.

Десять лет назад авторитетный специалист в сфере государственного управления охотничьим хозяйством предупреждал о недопустимости разделения полномочий в сфере охраны и использования охотничьих животных, говорил о необходимости концентрации этих полномочий в системе единых органов государственного управления.

История пишется здесь и сейчас. Общая картина любого явления складывается, словно пазлы из повседневных событий, формирующих текущую информационную повестку. К чему привела передача полномочий в сфере охраны и регулирования использования охотничьих животных с федерального на региональный уровень? Что стало с принципами и методами работы государственного охотничьего надзора за десять лет в регионах?



Пазл первый

«Оренбургский стриптиз» – что же это было? Были жалкие попытки оправданий. Дескать, все это «шалости» и снималось для внутреннего потребления, а «вороги» выкрали и слили. Вполне допускаю, что так и было, но какое это имеет значение? Есть автопортрет конкретного коллектива – «картина маслом», из которой не вырубить топором отсутствие всякого понятия о границах приличия. Судя по всему, такое видео вызывало радость и позитив в тщательно подобранном коллективе, члены которого в силу своего незаурядного интеллекта не способны отличить креатив от пошлости. В связи с этой историей у меня есть лишь одно утешение: биологов-охотоведов по призванию и образованию в этот коллектив на работу не приглашали сознательно, как это теперь принято в большинстве регионов России.

Как сообщали региональные СМИ, позорная история закончилось быстро. Губернатор был решителен, мысль об увольнении чиновников у него созрела на первых минутах просмотра ролика. Это конечно похвально, но… непонятно! Этот чудный коллектив регионального госохотнадзора – плод чьей кадровой политики? Неужели губернатору до просмотра ролика казалась крамольной мысль о том, что отраслевое региональное управление нужно доверять, как минимум, специалистам? Я допускаю, что не каждый губернатор понимает, что охотничье хозяйство вредно доверять в управление «кадровому леснику», но те назначения, которые были сделаны в Оренбуржье, – просто за гранью вменяемой кадровой политики. Полный «винегрет» в головах даже самых высоких чиновников федерального уровня возник в тот самый момент, когда Лесной кодекс необоснованно вторгся в сферу охотничьего законодательства.



Пазл второй

Охотнадзор Коми – в коме. С передачей полномочий государственного охотничьего надзора с федерального на региональный уровень общее состояние охотничьего надзора в ряде регионов в техническом и кадровом аспекте близко к стадии комы. В республике Коми реорганизация образца 2016 года привела к показательно извращенной форме.

Здесь полномочия в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов были переданы органу исполнительной власти Республики Коми – Министерству природных ресурсов и охраны окружающей среды (Минприроды) в структуре которого находилось «Охотуправление» и которое было благополучно ликвидировано в том же 2016 году.

Минприроды для осуществления государственного охотничьего надзора создало в своем ведении ГКУ РК «Охотнадзор», не может выполнять целый ряд преданных полномочий в области охоты, так как не является органом исполнительной власти субъекта. Но при этом исправно осваивает все выделенные федеральные субвенции в нарушение бюджетного законодательства. В частности, ГКУ РК «Охотнадзор» не может оказывать государственные услуги по выдаче разрешений на право охоты, охотничьих билетов единого федерального образца, вести охотхозяйственные реестры и рассматривать административные протокола.

На просуществовавший больше года нелегитимный охотнадзор в лице ГКУ РК «Охотнадзор» только после депутатских запросов Николая Сергеевича Валуева обратили внимание надзорные органы – природоохранная прокуратура и Росприроднадзор. Провели проверки, подтвердили нарушения и вынесли предписания.

Но у других намного ли лучше? В большинстве случаев региональные охотуправления находятся в ведомственном подчинении министерств, во главе которых стоят люди далекие от охоты, не понимающие не только системных, но даже поверхностных проблем охотничьего хозяйства. Какое в этой ситуации может быть отраслевое управление? Опытные кадры, профессиональные биологи-охотоведы из всех уровней управления государственного охотничьего хозяйства «вытравляются» в результате весьма своеобразной кадровой политики по принципу: «Умных нам не надо, нам надо послушных». Повсеместно руководящие должности занимают «бывшие» и те, кто «глаз ворону не выклюет».

Отдельная тема – социальная защищенность инспекторского состава. Оснащенность табельным оружием и средствами защиты повсеместно ниже нормативов. Регионы не в состоянии обеспечить полноценное организационно-техническое обеспечение службы.



Пазл третий

После открытого письма В.В. Путину от охотников Омской области регионального начальника Управления по охране животного мира господина В.В. Данилова конечно же с позором сняли. Да, терпение омских охотников лопнуло, загудели охотничьи форумы и охотничьи СМИ. Но возникает вопрос: если в государстве любая проблема решается только прямым обращением к Президенту, то есть ли в нем вообще система управления и работающие институты?

Цитата из письма охотников к Президенту: «Далеко не все подчиненные восприняли новый стиль руководства, что повлекло за собой увольнение работающих сотрудников, как говорится, «по собственному желанию». В частных беседах бывшие сотрудники утверждают, что атмосфера хамского отношения к подчиненным, введение палочной системы по составлению протоколов об административных правонарушениях, а также намеки руководителя на то, что у него «все схвачено» и что он «человек губернатора», не способствовало продуктивной работе». У меня вопрос к российским коллегам-охотоведам: вам эта омская ситуация кажется уникальной?



Пазл четвертый

Вечером, 10 февраля 2018 года, в лесном массиве, возле станции Тумак под Карталами обнаружили тело инспектора охотничьего надзора. Государственного охотинспектора Александра Минина застрелил браконьер, которого погибший пытался задержать за охоту на косуль. История оказалась резонансной. В обсуждениях этой ситуации на одном из ресурсов я обратил внимание на истеричные комментарии одного из «новоиспеченных охотнадзоровских начальников» про «священную» войну с браконьерством. Вот так! Вместо конкретных дел по обеспечению охраны труда и техники безопасности работников, социальной защиты государственных инспекторов, технической оснащенности и вооруженности мы имеем истерики региональных функционеров. Господа, назовите хоть один регион, бюджет которого способен полностью покрывать все затраты на серьезные меры безопасности и социальные гарантии!



Пазл пятый

По решению Октябрьского районного суда, Минприроды Удмуртии нарушило принципы открытости и доступности граждан РФ на добычу охотничьих ресурсов на территории республики и права граждан на получение разрешений на охоту. То есть руководство республики намеренно нарушило российское законодательство. Верховный суд Удмуртии оставил без изменения решение Октябрьского районного суда Ижевска о нарушении министерством природных ресурсов и охраны окружающей среды республики порядка выдачи разрешений на добычу охотничьих ресурсов.

Нарушение прав охотников региональными государственными структурами с каждым годом набирает угрожающие масштабы и дискредитирует систему государственной власти.



Пазл шестой

Госохотнадзор в Шатровском районе Курганской областиподвергсярейдерскому захвату. Дело не в том, что в курганском госохотнадзоре главный праздник отныне «День милиции». Я искренне за «День милиции», но только для людей в форме полицейских. Государственным управлением в охотничьем хозяйстве должны заниматься биологи-охотоведы по призванию и по образованию. Сложно управлять отраслью «менеджерам-универсалам», которые зимний маршрутный учет называют «магистральным учетом» и искренне убеждены, что единственный государственный инспектор физически в состоянии лично провести учет на всех маршрутах в общедоступных угодьях административного района. Сложно пенсионерам из «разных органов» завоевать авторитет опытных охотинспекторов и специалистов с многолетним стажем работы в охотничьем хозяйстве, особенно если начальник надзорного отдела не в состоянии самостоятельно рассмотреть даже простое административное дело по единственной статье 8.37 КоАП РФ.

Если сегодня в отдельных регионах криминальные личности или группировки устанавливают контроль над целыми административными районами, как это произошло в Курганской области, это полный крах госохотнадзора! Крах системный, так как на региональном уровне механизмы контроля часто не срабатывают. К примеру, в нескольких своих представлениях Курганский межрайонный природоохранный прокурор усматривает «глубокий кризис системы управления» в чем угодно, только не в отсутствии внятной кадровой политики, мизерном финансировании охранных мероприятий, полном износе технического парка, отсутствии табельного оружия у инспекторского состава, несоответствии опасности и сложности работы уровню заработной платы и прочего многочисленного хронического отсутствия и систематического несоответствия.

Но есть и хорошие новости – о проблеме начали говорить не шепотом! Депутат государственной думы Николай Валуев в относительно недавнем интервью нашему журналу вполне разумно сформулировал, что «созданная система не работает и показала свою несостоятельность». Созвучны этому и высказывания заместителя председателя Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Владимира Лебедева: «Сегодня все делают субъекты: занимаются охраной, распределяют квоты и пр. Федеральный центр занимается законодательной базой и согласовывает лимиты добычи квотируемых видов. Думаю, должно быть некое перераспределение полномочий… Считаю, что часть полномочий по охоте надо возвращать от регионов в центр. Государственные инспектора должны быть в единой федеральной службе». 

Также сенатор замечает, что контрольных усилий Росприроднадзора недостаточно. Недостаточно – это очень и очень мягко сказано. В последние годы контрольная деятельность этого ведомства в регионах снизилась до нуля.

Завершая статью, я хотел бы отметить, что в недавнем письме Генерального прокурора Президенту «О состоянии законности в сфере сохранения и использования объектов животного мира» есть несколько вполне разумных предложений. Но они не изменят ситуацию кардинально без двух важных шагов: 1. вернуть государственный охотничий надзор на федеральный уровень и 2. вернуть в государственное отраслевое управление биологов-охотоведов.

Автор статьи: Николай Лопан, биолог-охотовед, представитель «МН САФАРИ» в Западно-Сибирском регионе

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.