Стыд. Честь. Оружие. Мы и они.

Категории: Статьи
24.02.2016
Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день за них готов идти на бой!
Гете



Не так давно в одной из теледискуссий о гражданском оружии известнейший телесериальный артист, ярый противник личного оружия, когда его спросили о том, что он намерен делать, если вооруженные разбойники будут прорываться в его дом, на всю страну ляпнул: «Отдам все!». Я, услышав такое, оторопело подумал, ведь они же, бандюки эти, могли бы потребовать, чтоб он отдал им на поругание или даже смерть жену с детьми! Но еще более меня придавливает то, что тогда это особо никого из публики и телезрителей не всколыхнуло, а через пару дней вообще все забыли, сейчас и не вспомнит никто.



Вот уже четыре года в России действует всероссийское движение «Право на оружие», и я активно в нем участвую с момента основания. Для тех, кто будет читать этот текст, не будучи в теме, поясняю. Наше движение борется за то, чтобы граждане России получили право эффективно защищать свою честь и достоинство лично, без опаски подвергнуться репрессиям со стороны государства за ущерб, причиненный жизни и здоровью нападающей мрази. В контексте этой цели движение добивается возможности совершеннолетним, психически здоровым людям без криминальных связей и прошлого приобретать, хранить, скрытно носить огнестрельное короткоствольное оружие, причем не травматическое, как ныне, а нормальные пистолеты и револьверы.

Вообще-то дискуссия на эту тему в России идет открыто с 1991 года, но только с появлением нашего движения она приобрела такую актуальность и массовость, что буквально разделила все общество на три отчетливые группы: наших безусловных сторонников, наших абсолютных противников и тех, кого эта тема не привлекает постоянно, они задумывается над ней, только если их спрашивают, и тогда как-то пытаются выработать и обосновать на ходу свое отношение...

Впрочем, такое положение существует не только в России, а во всех странах мира, причем независимо от того, какую позицию в данном вопросе занимает государство и законы той или иной страны!

За прошедшие годы наше движение сумело поднять большую информационную волну по всей России, причем мои публикации тоже были ее частью. Поэтому я постоянно и пристально следил за мнениями, которые этой волной порождались. И, хвала Интернету, безо всяких соцопросов накопил столько интереснейшего материала для своих анализов и выводов, что вполне готов поделиться ими со всеми, кого они смогут заинтересовать. Но прежде всего эти размышления я адресую своим единомышленникам!

Начну, пожалуй, с того, что напомню кое-какие аргументы и контраргументы, которыми мы обмениваемся с нашими оппонентами.

Они нам: если народу позволить короткоствол и личную самозащиту с его помощью, то это превратится в источник массовых преступлений, самоубийств и несчастных случаев, ибо народ несознателен, хаотичен, непредсказуем, пьянствует и наркоманит.

Мы им: уже сейчас у народа на руках миллионы длинноствола и – тишина; в странах, где есть легальный короткоствол, тоже никаких катастроф, даже наоборот – преступность снижается, вооруженные граждане ее сами смело давят, к тому же можно отсеивать тех, кто будет потенциально опасен, заставляя всех перед покупкой оружия получать соответствующие справки от психиатра, полиции и инструктора по стрельбе.

Они нам: любой может купить любую справку!

Мы им: за любую попытку преступления с легальным оружием надо беспощадно наказывать тех, кто выдал нужные справки владельцу-преступнику, к тому же будет легче пресекать такие преступления, ибо рядом всегда могут оказаться добропорядочные вооруженные граждане, которые сумеют атаковать преступника еще до появления полиции.

Они нам: вы способны выстрелить в живого человека, а выстрелив, спокойно спать потом?

Мы им: нападающая сволочь - не человек, а человекообразный нелюдь, такого завалить – удовольствие, после которого и сон слаще!

Они нам: если дома оружие, то это – неизбежная опасность для детей.

Мы им: если оружие правильно хранить, а, главное, правильно воспитывать детей, то нет никакой опасности!

Ну и так далее в бесконечность...

Обращаю внимание на первый аргумент насчет народа, который особенно выводил из себя наших сторонников на различных дискуссиях. Самые молодые и горячие просто на дыбы вставали, мол, что же народ России, по-вашему, неполноценен в сравнении с молдаванами, эстонцами, финнами-алкашами и прочими техасцами, которые при своих пистолетах!?

Но теперь можно успокоиться, ибо, как выяснилось, наши противники приводят против личного оружия абсолютно одинаковые аргументы во всех странах – хоть в России с Казахстаном, хоть в Швейцарии с Техасом, для них абсолютно любой народ – безмозглое и опасное быдло.

Я еще буду приводить различные аргументы и контраргументы из споров нас с ними. Но здесь они мне нужны только для того, чтобы разобрать и уяснить вопросы: кто есть мы, и кто такие – они?

Начну с нас. За четыре года работы в движении, топтания в пикетах, на митингах, демонстрациях, убивания нервных клеток в дискуссиях на ТВ и в университетских аудиториях, присутствия в победительно-праздничной атмосфере наших ежегодных съездов я отчетливо разглядел, что все наши – это люди успеха, любимчики жизни, которая радует их даже в самых тяжелых испытаниях. С внутренним хохотом вспоминаю сейчас постоянные и упорные попытки оппонентов представить нас массой худосочных мелких хлюпиков-неудачников, которые жалко мечтают о пистолете в кармане, как о некоем «жезле», который сможет их возвеличить. Это выходит, суперпопулярный актер Иван Охлобыстин, обладатель черного пояса по карате, худосочен? Или «верста коломенская», вице-премьер по ВПК Рогозин – мелкий? А может они считают хлюпиком бывшего командира отряда «Витязь», природного богатыря, полковника Лысюка? На нашем третьем съезде Российский союз оружейников, объединяющий все оружейные предприятия страны, заключил с движением соглашение о сотрудничестве. Это соглашение подписали двое: член Военно-промышленной комиссии при президенте России в ранге министра и представитель руководства концерна «Калашников». Это еще, так сказать, пара «неудачников», по мнению наших противников! Продолжая далее это перечисление, можно вспомнить: сенатора Торшина – зампреда Совета Федерации, юриста Барщевского, политологов Делягина и Сатановского, телеведущих Владимира Соловьева и Михаила Леонтьева, известных писателей Александра Никонова и Александра Проханова, героя чеченских кампаний генерала Пуликовского. Мы вобрали в движение срез всех слоев народа России. И я заявляю безапелляционно, что в наше движение пришли достойнейшие представители этого среза! Мы – это самые ценные профессионалы в наиболее сложных и престижных профессиях, энергичные и удачливые предприниматели, пытливые ученые, перспективные офицеры армии и полиции, наиболее вдумчивые из журналистов, не желающих писать что попало и о чем попало. Среди нас множество любителей оружия и поклонников боевых видов спорта, а также постоянных вспрысков адреналина с помощью рискованных гонок, экстремальных путешествий и альпинизма. Основная масса лидеров и активистов местных отделений движения – это успешные, состоявшиеся люди от 30 до 40 лет. Некоторые из них еще и депутаты местных дум или лидеры местных организаций политических партий. Очень радует наша молодежь! Совершенно не видел среди них вялых и неадекватных, склонных к алкоголю, наркоте и депрессии. Все веселы, спортивны, честолюбивые спорщики, хорошо выглядят, очень любознательны и инициативны, много студентов и ребят с настоящим, а не фиктивным образованием. Отдельное слово о молодежи военной! Дерзну утверждать, что все бойцы элитных подразделений, достойно и славно прошедшие через «горячие точки» и боевые операции, однозначно – наши люди! Убеждался в этом лично и многократно! К этому напоминаю, что само движение «Право на оружие» было создано группой единомышленников во главе с бизнес-леди Марией Бутиной, когда ей было всего 23 года. И за три года наша организация выросла от областной до всероссийской! Но мы – это не только наше движение и те, кто разделяет его идеи. Мы – это еще и те, почти две тысячи в год, кого сажают наши суды за «превышение пределов необходимой обороны» и вообще за любой отпор нападающей мрази, если в гневе сильно повредишь или прикончишь подонков. Мы не идеальны, поэтому я отношу к нашим людям и тех, кто, запутавшись в абсурдах нынешней жизни и политики, изверился, сломался, став бесстрашным преступником, взявшись за оружие, чтобы самому вершить расправу и справедливость, исходя из личных представлений о том, что хорошо и что плохо. Но они отнюдь не самые худшие из нас! Худшие это те, кто, используя свои дарования, силу воли и реальные достижения, в том числе боевые заслуги, создал себе в нынешней общественно-государственной системе высокое положение, ради него приняв ее правила. И теперь, будучи по своей природе абсолютно нашими людьми, чувствуя, что мы – их родная среда, с кислыми лицами пытаются отрицать наши цели, абсолютно не веря в то, что говорят, ибо почти все непременно владеют наградными пистолетами, иногда даже сразу несколькими экземплярами. Стыдно и неприятно бывает на них смотреть, ибо грех их – иудин, хотя и предают они только себя. Но самый интересный феномен наших людей в том, что они представляют абсолютно весь партийно-политический спектр нашей страны! Весь! Хоть «справа налево», хоть «сверху донизу»! Коммунисты-социалисты, национал-патриоты, либералы с консерваторами и просто либерал-демократы, независимо от того, как их собственные партии и партийные лидеры относятся к нашему движению... Впрочем, многие из них сами являются лидерами или видными людьми в своих партиях. Ниже я постараюсь поэтапно рассказать о своем понимании этого феномена, а пока поведаю о том, какими мне представляются наши противники...

В своем личном ближнем кругу у меня либо сторонники, либо те, кому эта тема безразлична. Поэтому вывожу свои суждения о наших оппонентах из тех высказываний, которые собрал в спорах с ними, а коллекция этих высказываний набралась у меня, ой, богатая!

В последнее время, устраивая тренинги нашим юным сторонникам, я проводил на них один эксперимент. С одним или несколькими ребятами затевал следующий диалог:

Я: А зачем тебе лично короткоствол в кармане?

Он: Для самозащиты себя и других от нападений!

Я: А к чему тебе эта самозащита? Перетерпи нападение, целее будешь, ведь не факт, что даже при вооруженной самозащите тебе повезет отбиться без потерь, а подонки за сопротивление на тебя вызверятся. Потом сможешь в полицию пожаловаться. Многие наши противники так и предлагают поступать.

Он: Перетерпеть!? А как мне потом жить терпилой!?

Я: Почему нет? Ведь тебя практически никто сейчас не осудит. Вот объясни это свое нежелание подробно и внятно.

Он: Стыдно будет. Сам себе опротивею. Что еще сказать, не знаю.



Вот так, абсолютно однообразно начинались, проходили и заканчивались у меня все такие диалоги. Причем не только с молодыми, но и с соратниками зрелых лет.

Продолжение аргументов и контраргументов...

Они нам: право и даже монополия на насилие должны быть только у государства!

Мы им: но ведь тогда выходит, что станет противозаконно любое сопротивление, следовательно, если меня и мою семью начнут бить и мучить, то я буду обязан без попыток сопротивления терпеливо ждать помощи государства, а если не стерплю и отвечу подонкам, то сам стану преступником наравне с ними, а возможно, что и вместо них! Почему вам это не приходит в голову? Как вам не стыдно?

Они нам: в странах с гражданским оружием распространены массовые психопатические убийства. Хотите, чтобы и у нас это было?

Мы им: психопаты пытаются массово убивать везде, и у нас тоже были Виноградов, Евсюков, Помазун и т.д. Но везде эти уроды приходят туда, где точно знают, что не получат вооруженный ответ, то есть в места, где ни у кого нет никакого оружия. В Китае вон весь огнестрел запрещен, так там маньяки регулярно врываются в детские сады и устраивают массовую резню поварскими топориками. Почему вы никогда не вспоминаете об этих фактах? Как вам не стыдно?

Они нам: допустим, ворвался маньяк в публичное место, типа кафе, начал всех расстреливать, паника-свалка, а ты свой пистолет достал, начал отстреливаться, даже завалил психа, но при этом убил или покалечил кого-то из публики... Ну и чем ты будешь лучше этого типа в глазах окружающих, особенно близких убитого тобой?

Мы им: да был такой случай... В 70-е годы израильский спецназ освобождал в Уганде израильский самолет с пассажирами, захваченный террористами. Когда бойцы ворвались в салон и начали перестрелку с бандитами, все пассажиры дружно попадали на пол и залегли, не поднимая голов. Так всех учат и тренируют со школы в Израиле и других странах с разрешенным гражданским оружием. Но один парнишка не выдержал и из любопытства поднял голову, боец спецназа застрелил его в пылу боя просто по рефлексу. Это оказалась единственная жертва среди заложников, а террористов убили всех. Да, теоретически, при перестрелке в том же кафе можно задеть того, кто будет неосторожен, но сколько сможет спастись, если начать перестрелку с убийцей, ведь ему сразу станет не до безоружных жертв. Да, за несчастный случай мне будет горько, но не стыдно! Стыдно стать мертвым бараном! Напоминаю опять же, даже самые отвязные психи не приходят убивать туда, где есть хоть малейшая вероятность получить пулю в ответ – не было еще таких случаев ни разу.

Есть у нас такой известный и колоритный оппонент – Александр Гуров. Генерал-лейтенант полиции, одновременно генерал ФСБ, доктор юридических наук, кандидат наук психологических, автор печатных трудов, признанный спец по организованной преступности, награжден орденами и наградными пистолетами. Возражает нам часто, активно, учено и вальяжно. Я пытался выяснить его подвиги и успехи на ниве конкретной борьбы с преступностью, но накопать удалось только следующее: впервые прославился начинающим милиционером, убив домашнего льва, во второй раз стал известен в конце восьмидесятых, написав пару статей в «Литературной газете» о том, как оргпреступность готовится к прыжку и как уже запрыгала. Недавно он выступал по ТВ, добродушно вспоминая покойного лидера крупной бандгруппировки Сильвестра. По его словам, Сильвестр старался милицию не напрягать, и вообще с такими, как он, случалось взаимодействовать в противодействии неславянским этническим бандгруппам.

В Интернете легко найти утверждения этого Гурова о том, что нет в мире случаев, когда гражданское оружие предотвратило хоть один массовый расстрел, да и вообще оно никому еще не помогло! Конечно, если читать и смотреть только российские СМИ, то так оно и есть! Но ученому генералу положено знать все стороны темы, которой занимаешься... Так вот, только из американских источников известна такая прорва случаев, когда вооруженные граждане сами останавливали маньяков, пытавшихся массово убивать, что здесь места не хватит для перечисления, но в интернете все это есть. К тому же американская полицейская статистика говорит уже сколько лет подряд, что сорок процентов американских зеков – это те, кого во время преступления ранили, спугнули или задержали вооруженные граждане. Если генерал не знает этих фактов, то почему он генерал и профессор? А если знает, но замалчивает, то как ему не стыдно!?

Мы им: сейчас личное короткоствольное оружие запрещено, за нелегальный короткоствол сажают, и если вы против личного оружия, если боитесь, что его станут красть, отнимать, будут несчастные случаи с вами и вашими детьми из-за него, если не верите, что сможете им защититься, то и не обзаводитесь им в случае, если его разрешат, вас же никто за это не накажет. Зато всегда сможете позвать на помощь, если что, ведь вокруг могут оказаться люди с оружием. В Израиле можно спокойно отпускать детей на улицу в любое время суток – там, если дите взвизгнет испуганно, сразу к нему со всех сторон сбегаются вооруженные обыватели.

Они нам: если разрешат короткоствол, то нам придется его иметь волей-неволей (!?)

От этого ответа у меня даже голова кругом идет, ибо в моей логике такие концы с концами вообще не срастаются!

Мы им: ну, давайте ради эксперимента лет на пять разрешим личный короткоствол и самозащиту, потом, если это действительно себя не оправдает, можно же все отменить. Они нам: ни в коем случае! Если разрешить, то потом это отменить станет невозможно (!?).

Как-то слушал по нашему местному радио беседу с отставным генералом милиции по поводу права на оружие... Он был резко против. Запомнился отрывок, в котором он говорил, что имеет наградной пистолет, но держит его под семью замками, и даже мысли не допускает как-то им воспользоваться, никогда не носит при себе. Под стать ему наши судьи и прокуроры, которым разрешено держать при себе постоянно служебные пистолеты. Все они всегда заявляют, что не хотят пользоваться такой возможностью, дабы не подвергать себя тем неизбежным процедурам, которые следуют по нашим законам при применении личного оружия. А ведь им-то практически ничего не грозит, оружие законное, отношение коллег будет самым благоприятным, помурыжат да и замнут. Но... непопулярна в этой среде «вооруженная решительность», ею можно и карьеру себе попортить. А в случаях, когда удается расспросить наших судей и прокуроров по поводу столь сурового преследования тех, кто защищался и в пылу, в аффекте сильно «порвал» даже конченых уродов, то слышишь такие обоснования: «Осужденного хотели только попугать, а он в ответ избил... Осужденную хотели только изнасиловать, а она в ответ убила... Да, в дом осужденного вломились, да, угрожали ему и его семье, но ведь еще не успели осуществить эти угрозы, а он в ответ покалечил...». И им, всем нашим оппонентам за это все не стыдно. Не стыдно!!!

А те, кому не бывает стыдно, бесчестны.



Честь — комплексное этическое и социальное понятие, связанное с оценкой таких качеств личности, как верность, справедливость, правдивость, благородство, достоинство. Честь может восприниматься как относительное понятие, вызванное к жизни определенными культурными или социальными традициями, материальными причинами или персональными амбициями. С другой стороны, честь трактуется как изначально присущее человеку чувство, неотъемлемая часть его личности. В традиционной системе ценностей культур многих народов категория чести находится на более важном месте, чем жизнь (!) человека.

Словарь В. И. Даля определяет честь и как «внутреннее нравственное достоинство человека, доблесть, честность, благородство души и чистую совесть», и как «условное, светское, житейское благородство».

В самом примитивном виде понятие чести зародилось практически одновременно с разумным человечеством. Тогда оно было сродни инстинкту. В те времена мужики, обеспечивая выживание своего рода-племени, сбивались в ватаги и коллективно охотились на опасных животных, типа мамонтов с носорогами, отбивались от хищников, вроде пещерных тигров с медведями, защищались от вражеских племен или сами на них нападали. И уже тогда учились ценить не только силу и ловкость бойца, но и его стойкость, товарищескую поддержку, надежность и самоотверженность, когда в бою личную безопасность приходится ставить на кон ради жизни товарищей и родного племени. Уже тогда тех, кто «пал за други своя», старались помнить долго и ставить в пример потомкам. И этот, как теперь говорят, тренд вошел на тысячелетия и века в развитие цивилизации. Воинское сословие в человечестве стало сначала правящим, потом ведущим, затем самым уважаемым. Именно воины в наибольшей степени создавали обычаи и правила для своих обществ и народов, служили главным примером подражания своим согражданам. Сначала военная каста превратилась в правящую аристократию, которая породила, в свою очередь, гражданскую государственную бюрократию, взявшую для своего функционирования и организации многое из армейского опыта, еще позже офицерская среда породила целую плеяду мощных умов для прикладной науки, инженерии и самой передовой промышленности, которые очень долгий период обслуживали прежде всего военные нужды. Цивилизация развивалась, распространялось просвещение, жизнь общества и народа становились все сложнее и разнообразнее. И так же сложнее и многообразнее делалось понятие чести. Ее правила были обязаны пронизать не только воинские взаимоотношения, но все стороны высших слоев народа: воспитание молодежи, поведение среди людей, способы устного и письменного общения между людьми, оберегание личного достоинства. Эти правила стали очень строги, их нарушение каралось, как минимум, всеобщим презрением и отказом от общения, а максимально – изгнанием из общества. Для большинства народа, которое не относилось к высшему слою, правила чести не были строгой обязанностью, поэтому аристократы называли это большинство подлыми сословиями. То было не ругательство даже, а так – просто определение. Единственный вид чести, который тогда безусловно требовался аристократией от «подлых сословий», это – честность (не обманывай, не кради!). Причем не только по отношению к барину или начальнику, но и между собой! В ту пору и вошло в массовое сознание такое множество определений, как честный человек, честное слово, честная драка, честная работа, честная служба, честное (добросовестное!) отношение к делу. Честный – значит надежный и т.д.

Соблюдение правил чести для старой аристократии было жесткой, подчас жестокой обязанностью, связанной с необходимостью в определенных случаях рисковать и даже жертвовать собой, но и давало невиданные для низших слоев общества права и преимущества в важнейших сферах жизни. Одним из таких преимуществ было право на личное оружие и защиту личного достоинства с его помощью. Сначала это были мечи, кинжалы, шпаги, потом появились дорожные и дуэльные пистолеты для защиты от разбойников и оскорбителей, а потом, конечно, привычные нам и в нынешней жизни многозарядные револьверы и пистолеты. Причем, если вооруженный аристократ не сумел дать достойный отпор тем, кто его оскорбил любым способом, или сделал то же самое по отношению к дамам, друзьям или просто достойным людям в его присутствии, то этим он себя бесчестил в глазах общества и подлежал презрительному изгнанию из него. Таким образом честь была еще и правом на место и уважение в обществе. Разумеется, подлецов и подонков всегда полно во все времена и во всех слоях любого общества, но когда действовали жесткие правила чести, то это становилось мощнейшим ориентиром для воспитания лидеров и примеров во всех областях жизни, заставляя бесчестные натуры приспосабливаться, маскируя себя.

И только в двадцатом веке-волкодаве с его невероятным валом войн, революций, фантастических достижений в науке, технике, экономике положение стало меняться. Заложились же эти перемены еще в античный период современной цивилизации. Сейчас каждый юрист изучает римское право, ибо оно служит фундаментом современной правовой системы всего мира. Один из основных постулатов этого права, высказанный в эпоху Римской империи еще до Рождества Христова, гласит: «Законы нужны, чтобы защищать слабых от сильных». Под слабыми подразумевались женщины, дети, старики, увечные воины. Нравы у большинства населения были тогда просты до первобытной дикости, их надо было обуздывать, чтобы не допустить вреда государству и обществу в целом. Тем не менее, именно этот законодательный постулат стал решающим образом полезен еще одной категории слабых, о которой в ту эпоху вообще никто не думал! Биология учит, что во всяком виде живых существ одновременно присутствуют особи процветающие, здоровые, сильные, развивающиеся и особи угасающие, слабые, больные, вырождающиеся. Если последние особи в виде преобладают, то он выродится и исчезнет. Этот биологический закон обязателен и для человечества. Так вот, когда на заре цивилизации в законы государств и правила общества проникли ростки гуманизма, то в биологическом плане это стало благоприятным удобством и для слабых особей рода человеческого. Очень долгое время, целые тысячелетия этот фактор просто никем не замечался, жизнь была сурова и необустроена даже для самых высших слоев народа, поэтому слабые жили недолго, практически не имели возможности размножаться и вообще вполне безжалостно отторгались обществом в силу своей бесполезности, а часто даже и преступности. Ведь общество – это самоорганизующаяся часть народа, которая наиболее полно осознает и отстаивает его (народа!) нравственные потребности и национальные интересы. Много веков подряд общество у всех народов формировалось из наиболее здоровых, активных и честолюбивых представителей человеческой породы, а правила чести не позволяли им безнаказанно расслабляться и опускаться, подставляясь под удары конкурентов. Но! Усилиями самых сильных, смелых, талантливых и работящих людей цивилизация развивалась, росло могущество ее достижений, жизнь делалась комфортней, а медицина спасала все больше тех, кто раньше погибал от слабости организма в детстве, юности, молодости. Росла общая продолжительность жизни. И все заметнее накапливалась в человечестве масса слабых особей... Слабость фатально не позволяет состязаться по жизни на равных с нормальными людьми и иметь успех, а еще от нее идет неспособность к развитию, жажда покоя, боязнь любых перемен, невозможность любить полнокровную жизнь, получая удовольствие от ее рисков и даже опасностей. Существование слабого полностью определено стремлением хоть как-то подольше выжить, выжить любой ценой и если при этом удается в жизни чего-то достичь, то любой ценой сохранить полученное! Короче говоря, слабаки не веселые жильцы, а боязливые выживальщики!

Есть в науке термин – энтропия! Он обозначает неупорядочную часть, которая обязательно в какой-то степени присутствует в любой системе. То есть сколько в системе ни наводи порядка, а кусочек беспорядка, хаоса, бардака в ней всегда останется. И если система развивается и растет, то она волей-неволей вбирает в себя все новые виды энтропии, и может настать момент, когда система становится неспособна количественно и качественно переварить накопившуюся неупорядоченность и от этого гибнет или перерождается. Именно такой взрыв вековой общественно-цивилизационной системы произошел в 20-м веке... Тут опять следует вспомнить историю. Постулат "законы должны защищать слабых от сильных" в античные времена учел один интереснейший опыт государственного строительства. В Древней Греции однажды возникло государство Спарта. Это было государство воинов, существование его граждан было полностью подчинено военным нуждам, там работали только рабы, все свободные либо воевали, либо готовили себя к войне. Это было государство-армия. Спарта оставила по себе большую память своей доблестью и агрессивностью. Одно время спартанцам удалось покорить даже Афины, самое могущественное и развитое греческое государство. Так вот спартанцы тщательно обследовали всех своих младенцев, и если было подозрение, что младенец не годится стать воином, то его сбрасывали в пропасть. Философии, наукам, ремеслам и искусствам не было места в Спарте. Поэтому остальные греки звали спартанцев "тупоголовыми" и в конце концов нашли способ уничтожить их государство. Все логично, для полноценного развития цивилизация требовала не только крепышей, но и умников! Вот создатели римского права и учли эту потребность в своем законотворчестве. По мере развития цивилизации требовалось все больше способных, образованных, талантливых людей, и традиционная аристократия уже не могла давать их в нужном количестве, поэтому законы государств все более смягчались, позволяя продвигаться в высшее общество представителям любых сословий, если они проявляли какие-то полезные способности в науках, военном деле, искусствах, инженерии или просто сумели нажить большие деньги. Но традиционная аристократия своих позиций не сдавала и давала понять этим новым людям (интеллигенции и буржуазии!), что они не ровня, раз вышли из "подлых сословий", значит носят в своем воспитании и отношении к жизни следы этой "подлости". В свою очередь, новые "сливки общества" тоже крепко помнили, как предки потомственных аристократов, носители истиной чести обращались с их предками - зависимыми крестьянами. Они их просто не признавали за людей, способных чувствовать то же, что и их хозяева. Вот типичный пример. Помещики в своих деревнях были еще и судьями для крестьян. Допустим, подрались два крестьянина, один побил другого так крепко, что тот потерял на время работоспособность. В этом случае помещики заставляли победителя работать на барщине за себя и за побитого, пока тот не восстановится, а после восстановления еще могли наказать победителя плетьми, чтобы не портил впредь барское "имущество". И совершенно неинтересно было помещику из-за чего была эта драка, кто в ней прав, кто кого и чем обидел... Ибо "подлому сословию", как животным, чувство чести не положено, обид они не знают, посему их следует всего лишь дрессировать, чтобы не наносили ущерба интересам хозяина. А дрессируют животных битьем, чтоб знали страх, ведь у них же ни стыда, ни совести!

Стыд и совесть тоже формы страха, стыд - страх быть недостойным в глазах других людей, совесть - страх стать рабом слабостей собственной натуры. Генетическая память новых хозяев жизни о том, как их предки или они сами карабкались к своим вершинам, терпя унижения, отключая в себе, как ненужные помехи, стыд и совесть, заставляла ставить под сомнение, отрицать вековые нравственные ценности старой аристократии, в их числе – строгие правила чести. Тут срабатывал и практический расчет, потому что следование правилам старой аристократии из-за их непривычности мешало новым людям эффективно с этой аристократией конкурировать, даже добившись с ней равного положения. А навстречу этим новым людям вышли слабаки всех образованных слоев традиционного общества, которые накопились к концу 19-го, началу 20-го века весьма заметно и, начав паразитировать на общественном гуманизме, подняли голову для отрицания принципов старой морали и чести, которые не могли соблюдать в силу своей слабости, и боялись, что будут вытеснены из-за этого на дно жизни. Таким образом сложился мощный слой отрицателей старых устоев, возникших за века предыдущего развития, и этот слой сумел привить свои взгляды широким народным массам по всему миру, которые в те времена были лишены многих важных возможностей для развития своих судеб и продвижения к высотам жизни.

Современная история и историческая литература могут поведать все подробности на эту тему, поэтому я пройдусь здесь чисто пунктирно. В начале 20-го века в Европе разразилась первая мировая война, которая просто взбесила народы своей бессмысленной непонятностью, страшными потерями, механической бесчеловечностью. В результате по Европе прокатился вал революций, разметавший старые порядки и сделавший правящими слоями государств тех, кто эти порядки отрицал, они и стали определять новую мораль. В одной части европейских стран утвердились диктаторские режимы, их население пожертвовало своими свободами в расчете на безопасность и заботу государства. В тех же странах, где сохранилась демократия, массово пошли коррупционные и аморальные скандалы-преступления в правящей государственной верхушке. Особенно в этом отношении отличалась Франция. К 40-м годам двадцатого века сложившийся союз фашистских диктатур во главе с нацистской Германией сумел подготовить свои армии и народы к новой войне, привив им захватнические взгляды, сродни тем, что имеются у обыкновенных бандитов. А вот население и правительства той же Франции и Англии войны панически боялись, с готовностью шли на самые позорные договоренности, лишь бы ее избежать... И только представители старой аристократии в этих странах начали будить в людях чувство чести! Когда премьер Англии Чемберлен после того, как в Мюнхене отдал на растерзание Германии союзницу Чехословакию, был радостно встречен у себя на родине в качестве миротворца, то потомок герцога Мальборо, будущий военный премьер Уинстон Черчиль заявил: "У вас был выбор между войной и бесчестьем, вы выбрали бесчестье, теперь вы получите войну". Так и вышло. Бандитов уступками не остановишь, это их только разжигает. Фашисты кинулись на Европу, захватив ее всю за два года, кроме Англии. Некоторые страны, типа Дании и Норвегии капитулировали буквально через несколько часов после вторжения немцев. Франция пала за несколько недель, капитуляцию от ее имени подписывал маршал Петэн, прекрасно дравшийся с теми же немцами в Первую мировую. После подписания капитуляции Петэн со вздохом заявил: "Французы не хотят сражаться и жертвовать, они желают наслаждаться жизнью...". И только генерал Де Голль из семьи родовитых аристократов не согласился с желаниями многих, очень многих своих соотечественников, начав Сопротивление вместе с такими же людьми чести, самоотверженными патриотами. А после войны де Голль, став французским президентом, сумел вернуть своей стране честь и величие после десятилетий послевоенной сумятицы, поражений и унижений.

После Второй мировой войны Европа осталась ведущим центром и примером для мировой цивилизации. В Западной Европе утвердилась западная демократия, Восточная Европа вместе с Советским Союзом были под властью авторитарных режимов с коммунистической идеологией. При диктаторских и авторитарных формах правления личное оружие граждан всегда под запретом – что при фашизме, что при коммунизме. Такие государства провозглашают, что целиком берут на себя заботу о безопасности своих подданных, которые, в свою очередь, обязаны смириться с тем, что полицейские службы имеют право в любое время свободно войти в любое жилище без всяких разрешений, арестовать любого человека по малейшему подозрению или анонимному доносу и долго допрашивать без допуска адвоката, пытать подозреваемых, создавать осужденным невыносимо-тяжелые условия тюремного заключения, брать в заложники и наказывать членов семей преступников, если те избегли наказания, угрозами или подкупом создавать широкие сети тайных доносчиков. Эффект в борьбе с преступностью это давало, но требовало многочисленного и дорогого полицейского аппарата, а поскольку авторитаризм и диктатура стараются контролировать-сдерживать любую инициативу граждан, в том числе экономическую, то при этих режимах страны богатыми не бывают, много тратить на полицию не в состоянии, вот и остаются обширные неподконтрольные зоны, где преступность не только спокойно процветает, но и растет. Примеров можно привести сколько угодно. В странах западной демократии было иное положение. Преступность бушевала! Грабили банки и богачей, на наркоторговле и проституции вкупе с казино росли мафии, цвела коррупция государственного аппарата, благодаря искусству высокооплачиваемых адвокатов и гуманности законов, заведомые преступники уходили от наказаний. Но в то же время шел мощный экономический подъем на базе свободы предпринимательства, новейшей техники и науки, рос жизненный уровень всего населения, и практически отсутствовала массовая мелкая преступность типа хулиганства и нападений на дома обычных обывателей, каждое такое событие было сенсацией не меньшей, чем ограбление банка. Улицы Западной Европы были безопасны почти везде! Потому что в тамошних законах прописаны и действовали постулаты: "мой дом - моя крепость" и "не обязан отступать", то есть, в ответ на нападения, обыватель имел право защищаться всеми способами, в том числе и с помощью личного огнестрела, который был повсеместно легален и доступен для владения. Полиция, следственные органы и суды, особенно суды присяжных, практически всегда были на стороне защищавшихся, независимо от урона, который понесли нападавшие. Достаточно было повесить возле своего земельного участка табличку "частная собственность" и не надо опасаться, что туда войдут без вашего ведома, ведь в непрошенных гостей можно было стрелять. Иное положение складывалось в Советском Союзе и Восточной Европе, там была почти раздавлена организованная преступность, но зато имелись постоянные проблемы с массовым уличным хулиганством, бессмысленным вандализмом, множеством квартирных краж и уличных ограблений типа срывания зимних шапок, а загородные дачи вообще громились и обирались постоянно. Правоохранители с этим потоком справиться не могли, поэтому либо уговаривали потерпевших отозвать жалобы, либо тех же потерпевших так "таскали" вызовами и формальностями, что те сами не выдерживали и забирали свои заявления, поэтому множество преступлений просто не попадали в статистику, создавая видимость благополучия. К этому добавлялись массовые мелкие и крупные хищения государственной собственности, как реакция на запрет частной экономической деятельности. В это же время во всех развитых странах мира продолжался процесс изменения массового сознания, запущенный революциями и достижениями 20-го века... В народе из-за мощного улучшения медицины и соцобеспечения резко рос процент слабых особей, стремящихся выжить и сравняться с нормальными любой ценой, и их психология передавалась многим вполне здоровым людям, соблазняя их карабкаться по жизни, пренебрегая элементарной порядочностью, правилами и приличиями для экономии времени и сил. Этот процесс начал отражаться-пропагандироваться в искусстве и СМИ, создавая культ потребления, наслаждения потреблением, ставились под сомнение и высмеивались семейные добродетели, издевались над наивной беззащитностью порядочных людей перед ловкими дельцами, самоотверженность, надежность и героизм выставлялись как ненужные и смешные глупости. Все это открыто генерировалось на Западе, но успешно проникало и в коммунистический мир в западных фильмах, книгах и спектаклях, вполне эффективно воздействуя на массовое сознание. Такой "переформат" сработал в середине 60-х годов, когда выросло поколение послевоенного взрыва рождаемости. По Западу пошел вал массовых молодежных бунтов с требованием "свобод" в виде отмены традиционных правил поведения в общественных местах, учебных заведениях, всяческой иерархической дисциплины, легкодоступности секса ("сексуальной революции"!), разрешения порнографии и наркоты. В общем, молодежь Запада захотела потреблять удовольствия жизни быстро, много, без усилий и ответственности. Во Франции ей удалось принудить к отставке президента Де Голля. Герой, возродивший величие Франции, ушел осмеянный и оплеванный теми, ради кого потратил свою жизнь. В коммунистических странах молодежный протест пошел двумя путями... Малая, наиболее образованная и политизированная часть молодежи, попыталась выступить против тоталитаризма и была немедленно подавлена, а те, что попроще, забунтовали бессознательно-стихийно в форме мелкой уголовщины. В советском молодняке тех времен расцвел массовый интерес к "блатной романтике", во дворах под гитару орали воровские песни, а потом начали сбиваться в кодлы, и пошла-покатилась по ночным улицам массовая "хулиганка". Если почитать прессу тех времен, то тема борьбы с хулиганством была там на одном из первых мест. Справиться с этим не удавалось до начала 70-х годов, пока это поколение не выросло, устроилось в жизни, прошло через службу в армии, а частично и через тюрьмы. В любом случае массовое сознание в передовых странах к концу 20-го века сильно деформировало свое отношение к моральным ценностям, которые человечество вырабатывало веками, а сами эти ценности помогали людям развивать цивилизацию до тех высот, которые она достигла ныне, несмотря на периодические впадания человечества в варварство в виде войн и революций. Среди этих моральных ценностей под сомнение попали честь и порождаемые ею стыд с совестью.

В конце 20-го века случился всемирный исторический катаклизм, распался Советский Союз, страны Восточной Европы утвердили у себя западную демократию. Ну и Россия заодно попробовала... Этот опыт оказался тяжел для всех, его сумели сдюжить с наименьшими потерями только Чехия и Польша, остальные тяжело плутают и сейчас, а Россия вообще была на грани распада. Но появилась полная свобода информации, и все смогли сами видеть, обдумывать и оценивать явления мировой жизни. В том числе сравнить работу правовых систем и законов своих государств с государствами других стран. Страны Восточной Европы просто вернулись к своим докоммунистическим законам, где были прописаны права на оружие и самооборону с его помощью. А Россия, Украина, Средняя Азия это пообсуждали, но не ввели. В том числе и потому, что, согласно опросам, эти права не хотело получить большинство населения. В числе этого большинства я тоже тогда присутствовал! Тоже считал, что такие права не для наших "диких" россиян, тоже верил, что личное оружие несет всяческие опасности. Тогда эта тема была мне не слишком интересна, поэтому равнодушно видел в ней только негатив, ибо воспитывался на нем всю предыдущую жизнь. Уверен, что то же самое может сказать о себе подавляющее большинство моих нынешних единомышленников абсолютно всех возрастов! И эволюция взглядов протекала у нас всех на удивление одинаково, хотя начиналась в разное время с реакции на разные события. Мои нынешние взгляды пришли ко мне в конце 90-х, начале нулевых годов. После того, как вдосталь нагляделся в те времена на разгул преступности, продажность либо беспомощность правоохранителей, увидел, как это положение разлагает и расчеловечивает молодежь, как беспомощно и бесполезно гибли те, кто пытался сопротивляться. Множество образованных и порядочных людей кинулись в мелкий бизнес, на который тут же навалился рэкет. Бандиты беспредельничали безнаказанно! А правоохранители уныло оправдывались, что помочь по-настоящему неспособны... Ну подашь ты заявление, ну арестуем мы и начнем допросы тех, кто тебе угрожал, а их дружки тебя покалечат или пожгут за это время. Охрану ведь ко всем не приставишь... А арестованных мы быстро выпустим, ведь только за угрозы посадить невозможно.



И вот, году в 1998-м читаю в газете, как наши туристы в Нью-Йорке, на улице советских эмигрантов Брайтон-Бич спросили тамошних лавочников, мол, а как у вас с рэкетом? У вас же мафия, и оружие можно свободно иметь. У нас-то рэкетиров иногда хотя бы за то можно посадить, что попались с незаконным пистолетом. В ответ американо-"советские" лавочники весело загоготали и сообщили, что рэкет, подобный российскому, в Америке начался и тут же закончился еще в 30-е годы. Если бизнесмен, тот же торговец, не нарушает законов, и его нельзя этим шантажировать, то бандиты к нему не сунутся, ибо хозяин имеет полное право на своей территории пристрелить любого, кто попытается ему угрожать, а тем более устроить погром или поджог, и полиция потом будет "землю рыть", чтобы достать оставшихся рэкетиров, ибо ее за это крепко поощряют, в том числе хорошими денежными премиями. С этой информации я всерьез заинтересовался правом на вооруженную самозащиту, начав копать дальнейшие сведения. И поперло! Выяснилось, что во всех европейских посткоммунистических странах тоже начался преступный всплеск: рэкет и уличные нападения, но тут же увял, когда разрешили личные пистолеты. Зато в Англии, после запрета короткоствола в 1997 году, улицы крупных городов стали по ночам в течение буквально двух лет самыми опасными во всей Европе. Съездил в Израиль, обнаружил, что там для взрослых в личном владении доступен короткоствол, а ребята и девушки, будучи в армии, с 18 лет ходят в увольнение домой со своими автоматами и патронами, на всех улицах и пляжах с ними шляются. Там нет вооруженной уголовщины, главная опасность - террористы, но их на 70 процентов обезвреживают сами вооруженные граждане (еще один привет "генерал-профессору" Гурову!). Самые безопасные улицы Америки в Техасе, где самый свободный доступ к личному оружия, зато самые опасные места в штатах, где оружие запрещено, но именно там его чаще всего применяют преступники. Ну и так далее! Этих сведений мне хватило, чтобы стать сторонником вооруженной самообороны и начать свое участие в движении "Право на оружие".

Так что теперь все политические, нравственные и даже экономические явления, а также государственные и общественные институты как в нашей стране, так и в мире я оцениваю прежде всего относительно реализации права граждан на личное оружие и вооруженную защиту своей чести и достоинства. Считаю, что в этом вопросе, как в волшебной капле, отразились многие очень тяжкие проблемы, накопленные современной цивилизацией, а без ответа на него их решение просто невозможно. Деятельность моя, как и всего движения, началась с агитации и бесконечных споров с нашими противниками на встречах-дискуссиях, в разнообразных СМИ и конечно же в интернете... Отдельные примеры таких словесных стычек я уже привел выше, а здесь продолжу более подробно, ибо, повторяю, они мне дали богатейший материал, очень подробно обрисовывающий лики наших оппонентов. Поначалу мы все кинулись в эти споры, наивно считая, что если донести те аргументы, которые мы сами нашли, обдумали и сочли убедительными, то и те, кто с нами не согласны, смогут их оценить, изменив свое сознание. Люди-то вроде неглупые с нами спорили, образованные, с логикой... Да не тут-то было! По ходу этих споров даже с самыми солидными из наших оппонентов происходили странные превращения, они делались несдержанными, перебивали, пытались провоцировать личными выпадами, огульно отрицали даже очевидные вещи, лукавили и подтасовывали факты. Складывалось впечатление, что цель наших противников в таких дискуссиях - не спокойный поиск истины, а отчаянное желание любыми способами не допустить, чтобы произошла какая-то страшная, катастрофическая беда! На взгляд со стороны, такое поведение напоминает проявления своеобразного психоза, который в просторечии именуется кликушеством. В старину бабы-кликуши, когда начинался припадок, бегали по улицам и вопили какие-то несвязно-панические предсказания, случалось, что другие женщины от этого зрелища впадали в истерику и тоже начинали бегать с воплями в подражание кликушам.

Они нам, в истерике: вы все - агенты оружейного лобби, которое платит вам и мечтает продавать оружие населению, наплевав на "реки крови", которые польются!! Мы им, спокойно, со знанием предмета: во-первых; такие заявления надо доказывать, чтобы не выставить себя, как минимум, идиотами, во-вторых; неплохо было бы иметь у нас такое лобби, и деньги от него нашему движению очень бы помогли, но его нет у нас, а там, где оно существует, то представляет из себя общественные организации, а не финансово-экономические группы, ибо невозможно стать олигархом, продавая гражданское оружие, этот бизнес малоприбылен, в нем работают исключительно мелкие и средние предприятия. Сверхприбыли дает только нелегальная торговля армейским оружием, там покупатели оплачивают риски торговцев. Они нам, в истерике: вы все вольно или по незнанию действуете по указке госдепа США! Мы им, спокойно, со знанием предмета: опомнитесь, какой госдеп? Президент США, начальник этого госдепа - ваш человек, хвастает, что никогда не имел пистолета, мечтает об оружейных запретах, вы же сами ссылаетесь на его высказывания, в пример нам ставите. Да посмей госдеп нам помогать, Обаму американская оружейная ассоциация с грязью смешает за лицемерие, и мы ей в этом радостно поможем! Они нам, в истерике: вы - безумцы, мечтаете насадить в России нравы Дикого Запада! Мы им, спокойно, со знанием предмета: хорошо, 1904 год, в Америке самый разгар "дикого запада", можно свободно покупать любое оружие, по почте под заказ пришлют даже ручной пулемет. "По подъемной машине (лифту!) мы поднимаемся в какой-то наш этаж (в отеле!)... С нами дама, и мы все без шляп и все стоим: это Америка, и мы уже знаем, что женщине здесь всегда, везде и во всем первое место. Двенадцатилетняя девочка может свободно путешествовать днем и ночью из конца в конец своей страны под покровительством всех мужчин своей родины". Это цитата-свидетельство из очерка о личном путешествии по Америке русского писателя, публициста и крупного железнодорожного инженера Гарина-Михайловского, который сам в экспедициях по строительству железных дорог постоянно передвигался в России с хорошим револьвером за поясом. Интересно, кто в нынешней безоружной России решится отпустить в путешествие девочку-подростка одну? Они нам, в истерике: против организованной преступности личное оружие бесполезно! Мы им, спокойно, со знанием предмета: в основном да, бесполезно. Но оно нужно против массовой мелкой и бытовой преступности. Если эту преступность снизить путем вооруженной самообороны граждан, то полиция будет серьезно разгружена, ее можно будет уменьшить, отбирать туда лучших людей, создать им хорошие условия, и тогда они смогут эффективно обуздывать организованную преступность. Они нам, в истерике: если разрешить вооруженную защиту своего дома, то начнут массово убивать под предлогом этой защиты! Мы им, спокойно, со знанием предмета: а почему это не подтверждает мировой опыт? Очень просто. Ведь убийца при подобном способе должен будет сам вызвать полицию и пройти сквозь следствие, которое станет выяснять его биографию и мотивы. Преступнику, особенно наемному убийце, просто не нужен такой "геморрой". Они нам, в полной истерике: легальный короткоствол вооружит в первую очередь преступников, да, да, да!! Мы им, со знанием предмета: вообще-то это легко пресекается полицейским контролем, да и что преступник будет делать зарегистрированным легальным оружием? Ведь попадется сразу при его применении. Они нам, по-хамски (особенно в интернет-форумах!): вы жаждете пистолетов, чтобы компенсировать ваши психические комплексы, да, да, да! Мы им, ехидно и со знанием предмета: ну, раз уж вы применяете к нам психоанализ по Фрейду, то вот, что он сам когда-то про вас(!) сказал: "Боязнь оружия есть признак отсталого сексуального и умственного развития". А ведь и правда! Вся аргументация наших оппонентов просто пронизана боязнью, причем абсолютно неразумной, похожей на ту, которой маленькие дети боятся темноты. Мы очень часто удивляемся страстным возражениям наших противников, находя их бессистемными, нелогичными и просто глупыми, не понимая, как они сами-то этого не чувствуют? Но лично я для себя понял, что когда мы в спорах пытаемся убедить аудиторию, воздействуя на ее разум логикой и фактами, то наши оппоненты такой цели себе не ставят, им не нужна спокойная убедительность, ибо хотят повлиять не на разум, а взбудоражить чувства, внушая людям ту боязнь, которую испытывают сами! И в психиатрии для этой боязни подобран термин - хоплофобия... Еще одно свойство наших оппонентов состоит в том, что они прямо по Пушкину "ленивы и нелюбопытны"! Мы пришли к своим взглядам самостоятельно и в трудах, перелопачивая массу информации из множества источников, подготовили подробнейшие обоснования на все их выпады и вопросы, но при начале любой дискуссии они всегда, как "вчера родились", начинают снова и снова жевать то, на что нами отвечено тысячами разнообразных, аргументированных и интересных ответов. И ни разу не видел, чтобы кто-то из них начал спор с ответов на наши ответы. Нет, сценарий всегда один, сначала набор затасканных выпадов, а потом - истероидная реакция на попытки поговорить с ними через логику и факты. Киногерой одной старой комедии произносил фразу: "Бокс – это обмен знаниями с помощью ударов". Так вот еще ни разу не удалось сделать с нашими противниками обмен знаниями с помощью дискуссии, они всегда пытаются навязать бестолковую перепалку. Пару лет назад я проделал один опыт. В одной из своих статей по праву на оружие, которую опубликовали несколько печатных СМИ и поместили многие интернет-ресурсы, я специально допустил искажение. Речь там шла о двух убийствах в электричках, которые совершили скинхеды. В одном случае они убили якута, чемпиона России по шахматам, а в другом был убит кореец, чемпион России по карате. Так вот я написал, что чемпионом России по карате был якут. Проверить эту информацию в интернете и поймать меня на неправде было делом 2-х секунд, но за два года, просмотрев кучи злобных комментариев, я только один-единственный раз увидел ехидное замечание, что якут-то не каратист, а шахматист. При этом полное и очень лукавое, на мой взгляд, молчание про то, что чемпион России по карате все-таки тоже убит подростками-скинхедами, просто он - не якут. Хотя, вполне допускаю, возможно поленился человек копнуть глубже. Тем не менее, явно видно, что наши оппоненты совершенно свободно лукавят и хитрят (а хитрость, как известно, ум дураков!) в борьбе с нами...

Когда наше движение только начало свою деятельность, это сразу вызвало повсеместный интерес, и меня, как регионального координатора, позвали в ток-шоу на один из волгоградских муниципальных (не частных!) ТВ-каналов. Спор, как обычно, вышел жарким. Это ток-шоу на экран выходило в записи, и когда я эту запись посмотрел, то оказалось, что мои реплики порезали так, что сделали совершенно бессвязными, а моих оппонентов смонтировали самым выигрышным образом. Ток-шоу сопровождалось голосованием телеаудитории, по голосованию было видно, что оно вызвало небывалый для нашей области интерес, причем голоса в мою пользу лидировали с сильным отрывом почти все время, но буквально на последних минутах голоса "против" рванули взрывообразно, опередив моих сторонников. Тем не менее, перевес оказался мизерным, всего 50 голосов. Ведущий этого ток-шоу - наш убежденный противник. В дальнейшем он еще не раз устраивал дискуссии по праву на оружие, но меня или моих соратников по движению не приглашал ни разу, нас заменяли какие-то вялые личности, которые были совершенно не подготовлены и, казалось, сами не шибко верили, что хотят иметь личное оружие и право на самооборону. Тем не менее всегда, пока шло голосование, голоса за нас шли впереди и с большим отрывом, а потом тот же подозрительно-непонятный "взрыв" и опережение против нас на самых последних минутах. Я из этого сделал вывод, что в ходе таких дискуссий не следует тратить нервы и силы, дабы перетянуть на свою сторону голосующих, а надо постараться спокойно, как можно больше озвучить наших доводов. И это сработало! После любой публичной дискуссии наша организация начала пополняться новыми активистами, сторонниками и сочувствующими, то же самое происходило по другим регионам! Видимо, это заметили и наши противники по всей стране. Все официальные (финансируемые из госбюджета!) СМИ, от районных до всероссийских просто прекратили в последнее время любые разговоры о праве граждан на вооруженную самооборону, зато усилили частоту подачи материалов о несчастных случаях с огнестрелом по всему миру, то же самое сделали и неофициальные, но оппонирующие нам СМИ. Причем подают эти материалы очень специфически... Скажем, сообщают, что в США тысячи людей за год пострадали от применения огнестрельного оружия, и... все!!! А как конкретно пострадали? Застрелились? Перестреляли друг друга? Были застрелены преступниками и психами? А может сами перестреляли тысячи преступников? И выходит для зрителей и читателей, как в известной песне "...гуляй солдатик, ищи ответа (Юлий Ким!)".

Обозрев весь вышеописанный материал о наших противниках, который набрался в спорах с ними, я попытался ответить себе на ряд возникших вопросов... Века, даже тысячелетия развития цивилизации никакой боязни оружия в человечестве не отмечалось. Откуда же она так, почти мгновенно возникла в наши времена и массово распространилась по всем передовым странам: России, Европе, США - да еще и приобрела психозные формы в виде хоплофобии? Почему наши противники в спорах с нами патологически отказываются признавать даже очевидные, доказанные факты и доводы, из-за чего с ними совершенно невозможно углубиться в любой вопрос, поднятый в процессе дискуссий? Почему в борьбе с нами они проявляют уклончивость и нечестность? И - главное: почему, почему, почему им не бывает за себя стыдно?!

В попытках ответить на эти вопросы, я опять нырнул в глубины истории. "Разоружая народ, власть таким образом оскорбляет его недоверием, и это говорит о трусости и подозрительности правительства". Это в 16-м веке сказал философ и классик политологии Никколо Макиавелли. Ввиду он имел правительства авторитарные и диктаторские. Мне нетрудно понять такие правительства. Они рассматривают свои народы как неразумную биомассу, которая требует строго присмотра и воспитания. Если у граждан имеется личное оружие и право им самообороняться, то оно повышает в людях уверенность, самооценку, самоуважение и... критичную требовательность к начальству. А вот это любой диктатуре, даже самой просвещенной, совсем ни к чему! Древние греки говорили, что тиранами становятся не всегда из ненависти к народу, гораздо чаще - из-за слишком сильной любви к нему. То есть, желая как можно быстрее народ осчастливить и встречая в своих попытках непонимание, сильные правители начинают применять методы, похожие на жесткое воспитание непослушных детей, стараясь для этого сделать народ столь же беззащитным перед своей властью, как беззащитны дети перед родителями. Если взять советский период российской истории, то в его начале, в гражданскую войну советские вожди старались поголовно вооружить все сочувствующие им группы и слои народа, а враждебные - разоружить под угрозой расстрела. После окончания гражданской войны право на личное оружие имелось только у партийцев-коммунистов, армейских командиров, сотрудников спецслужб, крупных гражданских руководителей. А когда начались насильственные преобразования, типа коллективизации, ужесточения режима работы на заводах, репрессий в партии, то право на личное оружие утратили и рядовые коммунисты. С 1969 года, после попытки покушения на главу СССР Брежнева, право иметь личное оружие вне службы утратили офицеры армии и правоохранительных органов.

Люди, которые захватили власть в России, то есть Ленин и его соратники, вызрели на отрицании старой морали, которое было характерно в предреволюционной период в русской интеллигенции и буржуазии. Старая аристократия ограничивала их участие в государственном управлении, используя для этого те нарушения строгих моральных правил, которые можно было найти в биографии каждого крупного интеллигента и буржуа, пробовавших себя на политическом поприще. В ответ - пресса и литература, отражавшая интересы нового политического слоя, начала широко отрицать старую мораль вместе с ее правилами чести, называя их одним из способов ограничения свободы простого народа. В результате выросла крайне радикальная партия революционеров-большевиков, решившая, что захват государственной власти и затем использование методов государственного принуждения, вплоть до самых насильственных, позволит быстро создать общество на основе полной справедливости и воспитать людей для такого общества. На одном из первых съездов большевистской молодежи Ленин заявил:"...Морально все, что помогает победе революции...". Большевики, пролив реки своей и чужой крови, победили и начали строить советское государство методами диктатуры пролетариата, как они это называли. Ленин в своих статьях писал тогда, что диктатура это непосредственное насильственное принуждение любыми способами к достижению поставленных целей, и любая, даже самая жестокая диктатура со стороны пролетариата должна считаться несравненно справедливее и демократичнее любой буржуазной демократии ("Государство и революция"). Плоды такого подхода стали видны в первые же послереволюционные годы...



"Существует в уголовном кодексе (УК -1926) нелепейшая статья 139-я "О пределе необходимой обороны" - и ты имеешь право обнажать нож не раньше, чем преступник занесет над тобой свой нож и пырнуть его не раньше, чем он тебя пырнет. В противном случае будут судить тебя! А статьи о том, что самый большой преступник - это нападающий на слабого - в нашем законодательстве нет!) Эта боязнь превзойти меру необходимой обороны доводит до полного расслабления национального характера.

"Красноармейца Александра Захарова стал бить возле клуба хулиган. Захаров вынул складной перочинный нож и убил хулигана. Получил за это 10 лет как за чистое убийство. "А что я должен был делать?" - удивлялся он. Прокурор Арцишевский ответил ему: "Надо было убежать!" Так кто выращивает хулиганов?!

Государство по уголовному кодексу запрещает гражданам иметь огнестрельное либо холодное оружие - но и не берет их защиты на себя! Государство отдает своих граждан во власть бандитов - и через прессу смеет призывать к "общественному сопротивлению" этим бандитам! Сопротивлению чем?"

Александр Солженицын. Архипелаг ГУЛАГ. Том 2

А я лично когда-то в юности читал в одном из толстых советских журналов небольшую повесть о буднях советского исправительно-трудового лагеря, как успешно перевоспитываются зеки, беря пример с офицеров лагерной охраны, особенно с начальника лагеря, который умен, чуток и демократичен. Но мне из этой лабуды запомнился, ошеломив наповал, только один эпизод... В честь какого-то советского праздника в лагере проводится субботник, на котором совместно и весело работают как зеки, так и члены лагерной администрации, при этом присутствует журналист, обращающий внимание на могучего молодого зека, которые работает старательнее и лучше всех. Журналист весело спрашивает про него у начальника лагеря, мол, что такое украл-утащил этот здоровяк, за что сел? А начальник и отвечает в тон: "Десять лет он сидит. Девчонку утащил из-под насильников, их десятеро было, с ножами на него кинулись, а он борец-чемпион в горячке убил одного". Оба по ходу повести искренне сочувствуют и восхищаются благородством борца, но им даже на ум не приходит, что творится подлейшая несправедливость!

Присмотревшись к этим свидетельствам, нетрудно разглядеть то самое "правосудие", которым когда-то судили аристократы-помещики своих крепостных холопов, за то, что они в драках портили барское имущество, то есть друг друга. Только теперь это "правосудие" было вписано в государственные законы. Советские законы стали полностью бесчестны, в том смысле, что защита чести и достоинства личности ими не предусматривалась. Нет, сами эти слова чуточку присутствовали в уголовном кодексе, если, скажем, тебя публично и громко обматерили, то можно было через суд с помощью не менее двух свидетелей наказать обидчика за "оскорбление чести и достоинства". Наказывали в таких случаях небольшим штрафом и проработкой на собрании трудового коллектива. Ирония истории - отношение к народу, как к стаду бессознательных животных, закрепили в законах своей власти те, кто громил старую аристократию, чтобы дать этому народу "свободу, равенство и права человека". Законы воспитывают подданных. Бесчестные законы воспитывали бесчестных. Это в одном из своих стихов еще в начале 60-х годов прошлого века горькой строкой отразил поэт Андрей Вознесенский: "...Нам, как аппендикс, вырезали стыд...". Одни делались наглыми хулиганами, другие - законопослушными баранами, третьи - циничными аферистами.

Но, кроме законов, на людей велось еще мощное идейное давление. Пропаганда промывала мозги прямо с пеленок, цензура не пропускала альтернативную информацию. Достаточно вспомнить все эти байки про "моя милиция меня бережет" и "дядя Степа - милиционер", чтобы понять, почему удалось вырастить множество поколений, воспринимающих государство, как отца родного, которого следует беспрекословно слушаться и только на него надеяться. Когда советская власть закончилась, то она умерла прежде всего в головах тех, кто совсем недавно были ее воспитанниками и искренними сторонниками. Они остались на своих местах во всех властных структурах со своими старыми взглядами, привычками и навыками, так что радикального пересмотра судебно-правовой системы не случилось. Бесчестность уголовного кодекса сохранилась.

Ну ладно, у России - тяжкое наследие времен тоталитаризма, но почему, откуда на "свободном" Западе возникла и мощно пудрит мозги людям хоплофобская волна? Вроде честь и достоинство личности всегда оставались на первом месте, что в воспитании, что в законах, да и личное оружие не запрещалось. Тут, как я считаю, случилось следующее...Сотни лет бравые вооруженные ребята: вояки, колонизаторы, путешественники, ученые, инженеры, дельцы, полисмены, искатели приключений - строили, развивали и обогащали западную цивилизацию, стремились превратить западные страны в свой тыл, тихую безопасную гавань, где можно спокойно отдыхать, вкушая плоды былых боев, трудов, свершений. Так и получились страны Запада в своей массе обустроенными, с гуманной и работоспособной судебно-правовой системой, с высоким уровнем жизни, с высокой производительностью труда на основе новейшей технологии и науки. Уровень бытовой преступности стал низок, ее хорошо прореживали право на вооруженную самооборону и возможность легко защитить в суде честь и достоинство личности. Нравы там смягчились, развились разнообразные формы благотворительности и социальной поддержки, благо денег на это хватало... В общем, комфорт жизни зашкалил, и люди изнежились. В населении резко вырос процент слабых особей, а между тем(!) основу западного процветания - жесточайшую конкуренцию на всех этапах жизненной карьеры любого человека ничто не отменяло! Да, можно было вполне сносно жить, никуда не стремясь, но при этом к тебе однозначно будут относиться как к человеку низкосортному, и хотя это будет вполне вежливо, но, имея западное воспитание, такое отношение будет все равно невыносимо. Человек так устроен, даже четко зная, что не имеет данных для успеха, он все равно будет его желать, завидуя вплоть до ненависти тем, кто успеха сумел добиться. Эта тема просто переполняет западные фильмы, литературу и социологические исследования. И вот, со второй половины 20-го века все чаще пошли сообщения о психопатическом применении оружия со стороны душевнобольных неудачников, захватах заложников вооруженными преступниками и террористами. В принципе, такие попытки делались всегда на протяжении истории человечества, но пока ношение личного оружия было так же распространено, как ношение одежды, подобные нападения были очень редки, всегда неудачны для нападающих, быстро пресекались, а главное - были неспособны принести массовые жертвы. Но как раз со второй половины 20-го века на Западе среди образованной части населения, а она все время росла, пошел массовый добровольный отказ от владения и ношения личного оружия, хотя еще никто и не думал вводить в законы какие-то запреты и ограничения... Но Англия уже гордилась, что ее полисмены патрулируют улицы без оружия, а в Швеции без оружия дежурили охранники в банках. И вот, вместо того, чтобы пресекать вооруженную психопатию и терроризм старым добрым, веками проверенным способом, то есть привлечением на помощь силам безопасности вооруженного населения, началась массовая пропаганда за контроль и ограничение доступности гражданского оружия, которая встретила в том же населении серьезное сочувствие. Это настроение быстро подхватили политические карьеристы, сумев прорваться во власть на его предвыборной эксплуатации. Тут я немного отвлекусь, дабы сказать, что наши оппоненты, как я уже сообщал выше, очень часто хитрят в спорах с нами, стараясь скрывать или не замечать факты, которые говорят против их позиции. В отличие от них, я лукавить не намерен. Посему спокойно сообщаю, что когда на Западе во власть попали сторонники хоплофобии, то там начались законодательные ограничения по личному оружию. Начала, как я уже писал выше, Англия, там сейчас ограничения самые строгие, примерно такие же введены в некоторых штатах, городах и округах США, Франция ввела очень трудные условия для ношения личного короткоствола. Германия, которая в 1956 году, после снятия оккупационного режима (имею в виду Западную Германию, а не ГДР - советскую зону!) сразу же ввела право на личное оружие, которое в ней существовало только в догитлеровские времена, так же, как и Франция ввела после 2000-года серьезные ограничения на это право. Но, при этом, были абсолютно не ограничены традиционные права на вооруженную самооборону своего жилья, даже в Англии, хотя там уже громко звучат слова юродивых политиканов о том, что вор, забравшийся в чужой дом, имеет свои права, и следует законодательно ограничить, а то и запретить(!) вооруженный отпор при защите своей территории. Хоплофобская пропаганда на Западе очень сильна, совершенствуется и изощряется, стараясь воздействовать не на логику, а на чувства, пробуждать страхи, в расчете на то, что основная масса людей не будет особо задумываться над тем, что им внушается. В результате в странах без антиоружейных ограничений множество людей тоже от личного оружия отказались. И что получилось? В когда-то супербезопасной Англии ночные улицы крупных городов превратились в джунгли, в мигрантские районы безоружные патрульные полисмены носа не кажут, недавно террористы зарезали солдата(!) на улице средь бела дня. Разгулялись террористы с хулиганьем и во Франции. В Швеции недавно уголовники из Эстонии умудрились ограбить несколько банков, угрожая охране макетом(!) пистолета. В той же Швеции родилась такая мерзость, как "стокгольмский синдром", когда жертвы-заложники террористов и бандитов искренне начинают сочувствовать и оправдывать своих мучителей, переходя на их сторону! Про Германию достаточно вообще сказать только одно: новогодний Кельн 2016 года! В общем, на Западе выросло и крепнет, находя поддержку в обществе, мощное хоплофобское лобби, даже несмотря на те видимые плоды, которые уже принесли хоплофобская политика и пропаганда.

А причина этого, собственно говоря, та же самая, что и в России. Пусть не через революционные потрясения, но к власти на Западе пришли такие же отрицатели вековой морали, какими были и наши большевики. Просто, в отличие от большевиков, это были не идейные сторонники разрушения старого и строительства нового мира, а бесчестные пролазы, карьеристы и стяжатели, которые встроились в систему западной демократии, сделав ее удобной для своих интересов путем выхолащивания в умах сограждан благородных основ той же демократии. Делалось это не диктаторским принуждением, а через "четвертую власть", СМИ и шоу-бизнес. Давно ведь известно, что если человека тысячу раз назвать свиньей, то он захрюкает, и чем чудовищнее ложь, тем быстрее в нее поверят, а если врать много, то всегда в умах что-то останется... Это все цитаты из наставлений журналистам от гитлеровского министра Геббельса! Вот и поселились в изнеженных западных умах: выживание любой ценой, успех любой ценой, жизнь тогда имеет смысл, когда приносит удовольствия, прежде всего - телесные, чувство долга, патриотизм, любовь к людям и помощь им, желательны и возможны только тогда, когда не связаны с трудностями и жертвами, а, наоборот, способны принести политические и рекламные выгоды, риск возможен только для достижения личного успеха, героизм и, тем более, самопожертвование бессмысленны, невозможны, даже смешны... Во время молодежного бунта во Франции в 1968 году, когда во власти были удалены последние носители старой морали во главе с Де Голлем, какой-то студент во французском пантеоне-усыпальнице героев, положивших жизнь за величие Франции, собственными испражениями написал на стене с именами захороненных: "Как хорошо, что вы сдохли!". Вот на такой почве и расцвела в западном мире политическая хоплофобия, ибо нашла питательную почву среди растущей массы слабых особей, среди тех, кого развратил и ослабил комфорт западной жизни, а энергичные хищники и карьеристы оценили удобства манипулирования массами неконкурентоспособных слабаков для достижения своих личных целей. И когда в новой России началась открытая дискуссия по правам на вооруженную самооборону граждан, то наши хоплофобы и их единомышленники во власти тут же взяли на вооружение приемы и аргументы западной хоплофобской пропаганды. При этом следует отметить, что слой слабых неконкурентоспособных особей в нашем народе значительно тоньше, чем на Западе, потому что история и жизнь у нас суровее для выживания слабых, зато детское восприятие государства как единственного защитника личной безопасности вбито в наше массовое сознание гораздо прочнее, чем на том же Западе, делая слабаками и вполне полноценных людей. К счастью, работает один из великолепных законов жизни, который состоит в том, что здоровые дети растут с инстинктивным отвращением к дурным привычкам своих родителей! Множество отличных молодых людей, которые приходят в движение "Право на оружие", смеясь, рассказывают, как спорят со своими хоплофобствующими родителями и их друзьями, и как часто старшие не знают, что возразить своим детям, когда те обнаруживают глубокие познания по темам спора.

Главный вопрос, вокруг которого идут все дебаты о личном оружии; что безопаснее - его наличие или его отсутствие у законопослушных граждан? Мы и они непоколебимо отстаиваем свои взгляды. Мы стараемся привлекать факты и логику, они спорят больше на эмоциях, стараясь передать свои чувства и ощущения, не слишком заботясь об обосновании своей позиции и искренне удивляясь подчас, что оппоненты и аудитория отказываются разделять их опасения. Я попытался взглянуть на нас и наших оппонентов более глубоко и отстраненно, в частности, начал разговаривать со всеми не только о праве на оружие, но вообще о жизни, как таковой, выясняя их точки зрения на самые различные стороны человеческого бытия. И понял, что между нами и убежденными хоплофобами никогда не может быть согласия из-за полного различия в отношении к жизни вообще, а значит и к вопросу о ее безопасности. Для таких, как мы, жизнь - великолепное приключение, поле деятельности, стадион, манящий к интереснейшей борьбе с упоительными победами. Для них, жизнь - трудное переживание, полная опасностей неизвестность. Мы стараемся в жизни как можно больше узнать, попробовать, испытать. Они же напрягаются только по необходимости, вообще стараются избегать любых напрягов, не любят и не ищут лишних знаний. Для нас, покой это короткий скучноватый передых между событиями. Для них, покой - главная потребность и мечта жизни. Для нас, риски - нормальный способ обустройства своей жизни и познания себя. Для них, риски просто неприемлемы. Для нашей жизни нужно как можно больше свободы и независимости. Они же инстинктивно, а часто и сознательно ищут защиты, покровительства, готовы за это подчиняться, бездумно выполняя чужие распоряжения. Для нас, власть - всего лишь инструмент творчества, для них - самый желанный выигрыш в жизненной лотерее, то, что способно принести защищенность, обеспеченность и покой. Власть, если им повезет ее заиметь, они готовы беречь не меньше жизни, стараясь быть вернейшими слугами тому, кто их этой властью наделил. Для нас, ответственность - фундамент нашей независимости. Они в независимости не нуждаются и не хотят ни за что отвечать.

Сделав эти выводы, я сразу понял всю внутреннюю мотивацию и логику того, что проговаривают в спорах наши противники. Мне это напомнило страхи и увиливания вялого болезненного ребенка, когда ровесники, учителя или родители пытаются приобщить его к спорту.

А еще мне припомнилась информация из книг по физиологии и психологии, которую изложу сжато, своими словами.

Признаки вырождения: это, прежде всего - слабость натуры, не обязательно конкретно-физическая или конкретно-умственная, чаще - общая слабость, которая фатально не позволяет состязаться по жизни на равных с нормальными людьми и иметь успех, а еще неспособность к развитию, жажда покоя, боязнь любых перемен, неспособность любить полнокровную жизнь, получая удовольствие от ее рисков и даже опасностей. Существование носителя вырождения (деградации, декаданса, упадка!) полностью определено стремлением хоть как-то подольше выжить, выжить любой ценой, и если при этом удается в жизни чего-то достичь, то любой ценой сохранить полученное! Короче говоря, вырожденцы не веселые жильцы, а - боязливые выживальщики!

И легко из этого понять, почему им не стыдно. Вот их пословицы: «Брань на вороту не виснет; Стыд глаза не выест; Какая честь, когда нечего есть». И идет себе спокойно на работу в германский бордель русская жена-актриса по согласию со своим немецким мужем из-за семейных материальных трудностей (ТВ-репортаж из крупнейшего германского борделя!), мол, какая честь, когда нечего есть. А известный актер готов отдать вооруженным разбойникам "все", лишь бы отвязались, а стыд глаза не выест. Прославленный в прошлом маршал подписывает позорнейшую капитуляцию перед бывшими врагами, сотрудничает с ними против бывших союзников и собственных патриотов, а то, что подпольщики в своих листовках переделывают его фамилию с Петен, на пютен (шлюха!), так брань на вороту не виснет!

Мы считаем безопасностью наличие как можно большего числа возможностей в отстаивании чести и достоинства для себя и для тех, кому будет нужна наша помощь, в том числе с риском для собственной жизни и здоровья, с готовностью нести полную ответственность за свои действия. Они считают безопасностью отсутствие любых рисков, избегание рисков, а в случае наступившей опасности готовы выживать ценой любых позоров и унижений. Мы ведем любые переговоры только с позиции силы. А их бог - компромисс-договорняк на любых условиях, лишь бы не драка-соперничество-риск-напряг. Вот поэтому мы и они никогда не договоримся, а пропасть между нами будет становиться тем больше, чем больше мы с ними будем друг друга понимать!

И теперь легко объяснить, почему идеи движения "Право на оружие" получают поддержку и одобрение от представителей всех без исключения политических сил и многих служащих государственных структур России. Ибо люди даже не сознанием, а инстинктом почуяли, что наше движение представляет собой, может быть, самую первую организованную и конкретную силу в разворачивающейся борьбе между сильным и слабым человеческими психотипами за возможность направлять и определять будущее всей нашей цивилизации. Считаю, что в дальнейшем обоснование права на оружие требованиями и возможностями для личной безопасности граждан должно отойти в нашей пропаганде и агитации на второй план. Надо подавать это как попутную радость в случае победы наших идей. Главное различие между нами и нашими противниками состоит не в отношении к вооруженной самообороне, а в отношении к своей личной чести и к чести окружающих! Нам следует осознать себя в качестве людей, которые инстинктивно унаследовали и сохранили в себе потребность в чести и теперь поднялись на борьбу за то, чтобы правила чести начали определять нашу повседневную жизнь так же, как это было во времена начального подъема современной цивилизации!! Вот с этой точки и надо в дискуссиях стыдить всех хоплофобов. Уверен, что при таком методе работы мы резко поднимем успешность нашей деятельности, потому что всякая слабость скучна, а людям всегда интересны сила, радость, успех, вот и покажем свою интересность! Начальный, романтический, даже наивный в чем-то этап нашей работы, который емко и кратко, на мой взгляд, отражают поэтические строчки: "Нам в детях ходить надоело, и я обращаюсь к стране, выдай оружие смелым и в первую очередь мне (Михаил Светлов)!", следует заканчивать.

В западных странах, особенно в Европе, во власти и общественном мнении доминирующие позиции заняла психология-идеология слабого психотипа. В нашем правящем слое она тоже имеет сильные позиции, отчасти в силу подражательности "передовому" Западу, но больше, как привычно-удобный инструмент управления народными массами. Чем это аукнулось на Западе видно по абсолютному пораженчеству европейских правящих кругов, да и населения тоже в отношениях (даже не в борьбе!) с преступностью, дикой иммиграцией и различными мафиями. Все бесполезно: мощь и отличная оснащенность армии с полицией, а также возможности оперировать жирными государственными бюджетами. В нашей стране эта же беспомощность хоплофобствующей власти проявилась в появлении и длительном функционировании всяких "кущевок", а также в террористических рейдах, типа Буденновска. Причем в души отдельных чинов нашей правоохранительной системы пораженческая психология так въелась, что просто диву даешься! Сам наблюдал, как в публичных дискуссиях с нами некоторые правоохранители с пеной у рта настаивали, что оружие самообороны не должно быть в руках граждан еще и потому, что его практически невозможно станет контролировать! Стало быть, выходит, что контролировать законное оружие законопослушных граждан для них гораздо труднее, чем расследовать преступления и ловить преступников. Да уж, вот такая "моя полиция, меня бережет".

Если не удастся сменить в умах народов и в сфере государственного управления эту бесчестно-беспомощную направленность, то нынешняя европейская цивилизация будет неизбежно сметена, как выродившаяся. Поэтому активизация людей с потребностью в чести, выдвижение их на первый план во всех сферах жизни, воспитание молодежи в строгой морали и требовательности к себе станут тем спасительным волнорезом на пути варварских волн, стремящихся смыть больную пока европейскую цивилизацию.

Судя по заявлениям нашего президента, Россия позиционирует себя как сторонница и хранительница консервативно-традиционных ценностей, накопленных мировой цивилизацией, и оправдавших себя в ее историческом развитии. Посему к России с осторожной симпатией потянулись представители здоровых сил Запада, не приемлющие того разложения, которое принесло господство идеологии-психологии вырождения. А что может быть традиционнее и благороднее в истории цивилизации, чем понятие чести и защита ее даже ценой жизни?! На чести, как на самом надежном фундаменте, создано в мире все: государства, армии, культура, наука, промышленность, искусство. Убери этот фундамент, и государства сожрет коррупция, армии с полициями уничтожат предатели, культуру и искусство загадят аморальные декаденты-вырожденцы, промышленность погонит бракованную дешевку. И этот процесс в Европе уже пошел, поганя и перетирая в труху все, что веками создавалось-накапливалось поколениями бравых вооруженных предков. Полную катастрофу пока не допускает только наличие и упорная, но незаметная работа людей чести, которые присутствуют в европейских властных, силовых и экономических структурах. Вообще не хочется даже думать о том, что могло бы случиться, если бы люди чести вдруг исчезли или просто были окончательно лишены возможности действовать в Европе и России, а население под водительством носителей идеологии слабого психотипа осталось один на один с преступным миром и толпами мигрантов, которые относятся к местным жителям в душе или открыто, как к враждебным чужакам, с которыми можно все, когда они беззащитны. Для описания такой предположительной ситуации полностью подходят следующие строки:"...Паситесь мирные народы, вас не разбудит чести клич... К чему стадам дары свободы, их должно резать или стричь...". Это написал когда-то "невольник чести", великий Пушкин, который каждый день старался упражняться в стрельбе из своих дорожных пистолетов. Но и сейчас положение для нас везде складывается аховое! "Главари" Европы мечутся в растерянности, не находя возможности договориться или умилостивить толпы варваров, преступников и террористов на своей территории, а способность повести людей на быстрые и жесткие действия, неся за них полную ответственность, эта способность у них либо давно исчезла, либо отсутствовала всегда. Но пошли из Европы уже и обнадеживающие вести, вспомнили вдруг многие европейцы, что можно ведь самим обороняться, собственным оружием, законы это не только позволяют, но даже поощряют. Французы раскупают в магазинах огнестрел, а немцы пока запасаются газовыми баллончиками, и те, и другие вдруг обратили внимание, что оказывается законы запрещают иметь при себе личное огнестрельное оружие везде, кроме своего дома. Помоги им Бог и дальше думать, а лучше - действовать в этом направлении! В Финляндии, где законы о владении оружием самые свободные в Европе, почти техасские, местные ребята уже готовы создать против мигрантского беспредела вооруженные дружины.

А в России свои беды. Бесчестные "помещичьи" статьи из уголовного кодекса 1926 года о пределах самообороны, которые уравнивают в суде нападающего преступника с жертвой нападения, живут, процветают и собирают свою подлую дань! Сотни ежегодных обвинительных приговоров тем, кто слишком удачно сопротивлялся нападающей шпане. Недавно отправлен в тюрьму почти на 7 лет отец девочки за то, что в гневе случайно убил дважды судимого наркомана за нападение на его школьницу-дочь. Не помогли и массовые протесты, даже прокурор дрогнул и попросил суд уменьшить срок обвиняемому, но областной суд все-таки вынес приговор, превышающий срок, запрошенный прокурором. Чтоб мы видели и знали цену нашим протестам! Несколько лет назад в Пермской области осудили на 5 лет заключения двадцатилетнего парня за то, что тот не выдержал и убил нелюдя, который изнасиловал его в 10-летнем возрасте, отсидел за это 10 лет и вернулся в свою деревню, где жил и этот парень. Все односельчане и даже суд были на стороне обвиняемого, ему дали наказание ниже нижнего предела. Но он все же пошел в тюрьму, где по неписаным зековским правилам ему судьба быть среди "опущенных", в самой унижаемой тюремной касте. В той же Европе он отделался бы условным сроком, а если бы в России подобные дела судили присяжные, то его наверняка бы оправдали!

В России таких историй море бескрайнее, радующее душу тем, кто делает свою карьеру на статистике раскрытых "преступлений" и наказанных "преступников"! Бред!! Впору вспомнить слезливый упрек из декадентской песенки начала 20-го века:

"И никто не додумался просто стать на колени

И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране

Даже светлые подвиги — это только ступени

В бесконечные пропасти — к недоступной Весне!"

Александр Вертинский



Когда-то один из самых смелых, даровитых и благородных в истории России глав правительства, Петр Аркадьевич Столыпин мечтал, чтобы законы писались не для пьяных и слабых, а для сильных и трезвых. Даже в пору вооруженных мятежей, охвативших всю страну, ему даже в голову не пришло ограничить права людей на вооруженную защиту своей чести и достоинства. Ныне у нас все с точностью до наоборот, во власти "правят бал" те, кто предпочитает опираться на носителей "полного расслабления национального характера" (А. Солженицын!), не желающих никаких напрягов, никакой ответственности, жаждущих как можно больше всяческого покровительства со стороны государства и общества. Собственно говоря, тоже слабый психотип, по взглядам схожий с европейским, только у нас он меньше от биологии, а больше от длительного разлагающего воздействия бесчестных законов и соответствующего им воспитания.

Борьба предстоит нешуточная, это заметно уже сейчас. Слабому психотипу и выразителям его интересов есть, что терять. В настоящем положении они нам вроде как равны, имеют возможность занимать те места в жизни, о которых в более ранние и суровые времена даже мечтать не могли. И если требования чести войдут в практику жизни полностью, то слабый психотип сразу же уходит во второй сорт без всякой специальной дискриминации. Люди чести прошлого, наши духовные предки своими усилиями, боями, рискованными предприятиями, опасными научными и техническими экспериментами создали весь нынешний комфорт современной цивилизации, который смягчил нравы и породил всю массу слабого психотипа. Она, эта масса в сущности - цивилизационные издержки. Слабый психотип можно назвать тенью, одной из теней цивилизации. И сейчас, когда пошли события, пробующие эту цивилизацию на зуб и на излом, пришло время сказать этой тени, как герой сказки Андерсена: "Тень, знай свое место, не путайся под ногами!". И сделать это необходимо как можно скорее. Потому что события зовут нас на передний край! Мы - самые лучшие воины, наполняющие собой спецназы и десанты. Мы - самые надежные и умелые спасатели. У нас в мозгах рождаются самые быстрые и правильные решения в опасных ситуациях, и только наши мозги наполнены знаниями, позволяющими предвидеть многие вещи и решать сложнейшие задачи. Но если слабый психотип будет рулить нами так же, как сейчас, ограничивать также, как сейчас, то нас ждут большие, даже страшные потери при выполнении бестолково-панических приказов, отдаваемых правящими слабаками. "...Так чахнет мощь у немощи в руках..."(Вильям Шекспир). Поэтому наша нынешняя борьба –это еще и борьба во все большей степени за собственное выживание. Да это уже сейчас ясно, как божий день! Попади каждый из нас в ситуацию, когда шпана начнет глумиться, будет только два выхода, либо погибнуть или искалечиться от того, что их - стая неподъемная, а оружия при себе нету, либо, если повезет, самому убить-покалечить шакалов и гнить, тратить годы в тюрьме. А жизнь терпилы покорного не для нас... Нам это - стыдно! Так что, в сущности, зачем наши оппоненты так надсажаются, чтобы не допустить право на личное оружие самообороны? Будет это право или не будет, они все равно имеют абсолютный способ себя обезопасить; возникла угроза - сразу же "отдам все!", и гуляй-живи, Вася!

Конечно, мы победим. Потому что в природе положено побеждать сильному. И у нас есть все: силы, мозги, воля.



Наши оппоненты имеют право задать вопрос, мол, если мы такие превосходно-победительные, как я здесь расписываю, то почему за четыре года существования движения "Право на оружие" не добились хоть каких-то серьезных успехов? В ответ можно долго и весело перечислять, что за эти годы мы резко переломили массовое отношение к нашим идеям, добившись их признания почти у половины населения страны. Суды начали, благодаря нашим усилиям, внимательнее и боязливее вести дела, где есть признаки самообороны... И вообще судить нас нашим оппонентам не по чину, ибо в их робкой жизни даже то, что мы считаем для себя неудачами, для них стало бы радостными победами. Это как для круглого отличника четверка - досада, а для того, кто еле тянет на тройки, та же четверка - достижение и удача. Все эти и множество похожих фактов будут чистой правдой, которая, тем не менее, нас не оправдывает! Ведь действительно за эти годы мы не смогли ни на миллиметр изменить ситуацию в законах и судах. На мой взгляд, одна из главных причин состоит в следующем... У футбольных тренеров есть старое присловье - "порядок бьет класс". Оно родилось из парадоксального события. Однажды, в далекие времена какой-то богатый футбольный клуб спешно набрал перед самым чемпионатом команду из выдающихся игроков, выставил на игру, и эта звездная рать начала терпеть поражение за поражением даже от весьма средних соперников. При анализе ситуации выяснилось, что дело было не только в плохой сколоченности, недостаточной сыгранности команды звезд, а еще и в психологии каждого игрока. В их кровь и рефлексы крепко вошла привычка, что они - главные, остальная команда надеется и играет на них, поэтому, получив мяч, они должны только прорываться с ним к воротам и забивать. Естественно, что в команде звезд никто не станет обеспечивать поддержку такому прорыву, а наоборот каждый будет ждать-ловить мяч себе, и средняя, но сколоченная команда противника легко использует это обстоятельство для своей победы. Вот что-то похожее присутствует и в нашем движении. Его сторонники и активисты среднего и старшего возрастов это сложившие успешные люди, практически все - лидеры в своей профессиональной и общественной среде. Они заняты, загружены, им интересно жить, ибо жизнь ведут ответственную и увлекательную. В силу этого участие в движении для них хоть и важно, но воспринимается не в качестве долга, а как одно из увлечений. Вот и участвуют по мере наличия свободного времени с удобствами обстоятельств. Наши молодые сторонники тоже, в основном, будущие баловни судьбы. Они здоровы, жадны до жизни, любознательны и честолюбивы, уже почувствовали вкус первых успехов в учебе и работе. Движение для них - один из многих способов самореализации или увлекательная игра, которой можно "прикольно" дразнить многих взрослых, которые сами ничего не стоят, а лезут с поучениями. Вот такой "человеческий материал" имеет сейчас "Право на оружие". Его возможности велики, но надо сколотить наших людей в команду, четко уяснить ее возможности, после чего планировать ясные задачи на короткие и длинные отрезки времени, чтобы каждый сторонник четко знал "свой маневр" и видел удачные результаты мероприятий, в которых задействован. Проще говоря, надо научиться "ходить строем", тут можно даже Ленина вспомнить с его фразой "...дайте нам организацию революционеров, и мы перевернем Россию...". Такова в настоящее время задача для руководителей движения. Когда ее удастся решить, то мы на победу просто обречены рано или поздно, но - обязательно! Законы общественной борьбы учат, что массовое сознание способны обаять и притянуть действия только сплоченной и целеустремленной силы. Лично я считаю одной из наших главных стратегических задач - добиться такого положения, чтобы на выборах любого уровня любого кандидата избиратели допрашивали об его отношении к праву на гражданское оружие и вооруженную самооборону, чтобы именно этот вопрос стал тестом на наличие чувства чести и собственного достоинства у претендентов на места в ветвях государственной власти.

Предугадываю со стороны противников и такой вопрос: уж не считаю ли я, что, разрешив личное оружие и право на самооборону с его помощью, нашей стране сразу "будет счастье"? Да нет конечно, в чудеса и революции я не верю. Но твердо уверен в том, что это будет правильный и кардинальный поворот в развитии нашего общества, морали и психологии всего народа. Рано или поздно этот поворот обязательно скажется на всех сторонах нашей жизни самым благотворным образом!

В англосаксонском мире понятие "человек чести" обозначается словом "джентльмен". Один из отцов-основателей США, знаменитый ученый, дипломат и писатель Бенджамин Франклин когда-то изрек:"Демократия (власть народа!) есть пространство договоренностей между независимыми вооруженными джентльменами". Придерживаясь этого принципа, США развились в ту супердержаву, которую можно видеть сегодня. Я верю, что после получения прав на оружие и защиту личной чести с его помощью в нашей стране начнут рождаться и воспитываться поколения джентльменов, которые создадут свое "пространство договоренностей", результатом чего станет подлинное величие России среди мирового сообщества.

Вот я - ТАК - думаю!
Автор статьи: Михаил Гольдреер

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.