ЗА вольерную охоту!

Категории: Статьи
22.04.2020
Тема внедрения практики вольерной охоты в России возникла не вчера. За последние годы ее принимались обсуждать на разных уровнях неоднократно, и всякий раз обсуждение носило самый бурный характер как при очных встречах, на совещаниях, так и в различных социальных сетях. Понятно, что такая идея вызывала яростное неприятие со стороны зоозащитников, но и в охотничьей среде отношение к ней неоднозначное.


Отсутствие единства в нашем сообществе – это вообще одна из важнейших проблем. Стоит поднять любую из тем, например, какую охоту считать «настоящей», или предложить поговорить про охоту с вышек, использование приборов ночного видения, про участки для натаски, нагонки собак, или вот о вопросах вольерной охоты – и это будет как красная тряпка для возрождения споров и ссор среди собратьев-охотников на радость нашим противникам.

Тем более что законодательно вопрос добычи животных в вольерах до настоящего времени не был урегулирован, и это оставляло возможность каждому из спорящих толковать его по собственному разумению в положительном, либо отрицательном смысле.

Действительно, до настоящего момента в российском законодательстве не было прямых запретов на круглогодичную добычу животных в вольерах, а значит, казалось бы, и не было юридических оснований запрещать фермерам и охотникам использовать выращенных животных по своему усмотрению, какие бы способы использования они не выбирали. Это право, в частности, декларирует ст. 49 ФЗ Закона «Об охоте…», где сказано, что содержание и разведение охотничьих ресурсов в полувольных условиях и искусственно созданной среде обитания, то есть в вольерах, осуществляется в целях размещения в среде обитания, то есть выпуска в природу, или в целях их реализации (продажи в том или ином виде) в соответствие с гражданским законодательством. А уже Гражданский кодекс РФ (ч.1 от 30.11.1994 51 ФЗ) в статье 137 уточняет, что к животным применяются общие правила о любом прочем имуществе граждан постольку, поскольку законом не установлено иное. Существенным замечанием является, что при осуществлении такого права не допускается жестокое обращение с животными, противоречащее принципам гуманности. И не было ни слова ни про охоту, ни про изъятие животных с помощью огнестрельного оружия.

Однако здравый смысл нередко терпит фиаско перед буквой закона! Например, некоторые региональные органы управления и контроля за ведением охотничьего хозяйства, прокуратуры, пользуясь невнятностью законодательства, имели возможность по-своему трактовать закон, запрещая отстреливать разводимых в вольерах животных, либо заставляя фермы и питомники охотпользователей, занимающиеся разведением охотничьих животных, оформлять разрешения на их отстрел по той же процедуре и в сроки, что и на отстрел диких вольных животных. А всякого рода «зоозащитники» не умолкали в раздувании скандалов, прямо обвиняя фермеров-охотников в жестоком обращении с «беззащитными, ручными животными». Что на самом деле, конечно же, не соответствовало реальности. В общем, как видите, действительно назрела необходимость поставить в этом вопросе законодательную точку.

Казалось бы, любое совершенствование отношений в сфере охотничьего хозяйства идет на пользу, так как придает импульс формированию объектов охотничьей инфраструктуры, позволяет создать новые рабочие места, стимулирует привлечение инвестиций и, следовательно, сохранение биоресурсов. Но не тут-то было! Как только дошло время до этого вопроса, и Дума, а за ней и Совет Федерации приняли поправки в ФЗ, снимающие разночтения в отношении вольерной охоты, это сразу же вызвало новую волну протестов, со стороны непосвященных граждан, разжигаемых активистами «зоозащитных» движений. Делалось и делается это все исключительно на волне эмоций. Да, именно эмоций, потому что даже среди тех немногих ученых-биологов, которых удалось им привлечь на свою сторону, не оказалось (и быть не могло!) специалистов в данной области – зоологов или охотоведов, а были лишь лица «сочувствующие» и «сопереживающие» «несчастным животным».

Почему я – ЗА

Попробую здесь выразить свое мнение по отношению к вольерной охоте. И, может быть, это окажется полезным хотя бы для охотничьего сообщества. Скажу сразу, что я лично «ЗА», и вот почему.

Прежде всего, уважаемые читатели, для начала прошу усвоить одну простую мысль – вольер не клетка! Хотя до настоящего времени законодательство позволяло и клетку считать вольером со всеми вытекающими последствиями. Что в первую очередь и постарались устранить законодатели, установив минимальную площадь огороженной территории для копытных в 50 га. (допустим, 0.5 км на 1 километр, или 700х700 м). А это, чтобы было понятней, примерно как 60 футбольных полей! Да еще, как правило, покрытых лесом, где видимость метров 20 среди деревьев, да с учетом рельефа местности, с источником воды, пастбищем и т.д. Причем 50 га – это минимум! Нет, уважаемые оппоненты, на клетку это не похоже!

Следующий момент. Называть ли процесс, который происходит при добыче животных в вольере охотой? Вот именно здесь и находится та самая яркая, горячая точка споров даже среди самих охотников. Конечно и безусловно «зоозащитники» считают, что это лишь циничное убийство ручных животных. И, к сожалению, часть охотников с ними согласна. Но, уважаемые господа! Охота – не имеет ничего общего с убийством вообще! И то, что происходит на охоте и в вольере, и вне загородки отнюдь не убийство животных. Не надо выворачивать! Охотничье хозяйство (еще раз – внимание! – ХОЗЯЙСТВО) – это специальный комплекс мер по сохранению, содержанию и разведению диких охотничьих животных с целью их использования в интересах человека. Аналогично сельскому хозяйству, только в иных условиях. Не в коровниках, свинарниках или птицефабриках, а на открытой природной территории или (теперь) в огороженной части природы – не важно. Главное, что его цель – не истребление, а СОХРАНЕНИЕ и ПРИУМНОЖЕНИЕ. А вольер на этом пути – самый эффективный способ решения вопроса. Разумеется, что в результате такой успешной деятельности плотность животных на заданной территории растет. Поэтому в хозяйствах, и в вольерах в том числе, идет заготовка охотничьей продукции. И, если мы с вами не отрицаем необходимость производства для питания населения мясных продуктов, то и не должны быть против процесса охоты. (Ну о тех, кто убежденно не ест мясо, отдельный разговор). Только надо понять и принять, что в сельском хозяйстве этой заготовкой занимаются фермеры, а в природе это делают охотники. Таким образом, охота – процесс понятный и необходимый.

Теперь, собственно, об охоте в вольере. Или, вернее, о том, как это можно называть. Были предложения разные. Но все оказались с правовой точки зрения неудачными. И только термин «охота» не вызвал разнотолков и устроил всех законодателей.

На самом деле, если вдуматься, в этом нет ничего предосудительного. Противники охоты в вольерах из числа охотников, возражают, называя ее слишком простой и примитивной, гарантированной. Отчасти это так, но только отчасти! Все дело в том, какие вы для себя ставите задачи и как определяете для себя условия такой охоты. Действительно, добыть животное в вольере может оказаться проще и скорее, чем на открытой территории. Чем можно воспользоваться, если стоит задача мясозаготовки. Но хочу заметить, если придерживаться так называемых «принципов честного преследования» – даже охота в вольере будет сложной задачей. Попробую пояснить сказанное. Во-первых, как я уже сказал выше, площадь вольера должна быть значительной и содержать внутри себя ландшафтные участки разного типа – лес, поле, водоем, хорошо бы холмы, овраги и т.п. Во-вторых, если вы отрицаете охоту с подъезда, на кормушках, солонцах и водопоях, а собираетесь караулить на тропах или вовсе охотиться с подхода, то перед вами стоит интересная и непростая задача. Вот пара примеров.

Лет двадцать пять назад в самом начале возникновения темы вольерной охоты я повез двух наших охотников в известное хозяйство в Ивановской области, где тогда недавно построили небольшой вольер для пятнистых оленей и решили организовать «охоту на пантовке». С привлечением специалиста по вывариванию и приготовлению из пантов чудодейственного лекарства прямо на месте охоты так, чтобы клиенты-охотники могли увезти с собой не только мясо, но и трехлитровую банку с консервированными пантами. Дело было летом, другой охоты не было, и мы решили попробовать. Хозяйство оказалось вполне приличным, а вот вольерчик – небольшим, что-то около 20-25 гектаров. Правда, почти полностью покрытых лиственным лесом с густым подростом из бересклета и лещины, в общем так, что видимость не более 20 метров. Были, правда, небольшие полянки, и, как положено, кормушки с вышками, солонцы и водопои. Стадо в вольере содержалось в количестве 30-40 голов. Добыть надо было определенного бычка по указанию егеря. Так вот с первым охотником у нас на это ушло больше двух часов! Охотились мы с подхода, и олени всегда замечали нас заранее и быстро перемещались в знакомом пространстве вольера. Так что мы видели их только мельком, и не то что не могли выстрелить, а даже толком разглядеть! Другому охотнику, «выступавшему» во второй половине дня, и вовсе с подхода добыть свой трофей не удалось. Ближе к вечеру он вынужден был сесть на вышку.

Другой пример из Африки. В одном из хозяйств ЮАР на огороженной территории площадью что-то около 5-7 тысяч га (кстати, далеко не самый большой «вольер» в ЮАР, есть много больше) я в очередной раз охотился на зебру. Кому как этот трофей, а я охоту на зебру люблю именно из-за того, что сам ПРОЦЕСС поиска и преследования этих чрезвычайно осторожных животных всегда сложен и мне интересен. В этот раз охота проходила по классической схеме. Вначале мы долго колесили на джипе по дорогам в надежде увидеть зебр. Заметив, спешивались и пытались подойти на выстрел. Одна попытка следовала за другой, но эти дикие лошади всегда успевали нас заметить раньше и убегали. Более того, они убегали и от автомобиля, так что и с машины не было возможности выстрелить, даже если бы я захотел. А с подхода тем более. Раз за разом повторялась одна и та же картина, долго идем по следу под жарким солнцем среди колючек акации, потом трэкер указывает направление в зарослях, в бинокль видим полосатый бок, а затем … фырканье, топот и облачко красной пыли там, где только что было стадо. Начали на рассвете, а жарились на горячем африканском солнышке до обеда! Пока наконец преследуя очередное стадо, мой РН вдруг не заметил другую группу зебр, неторопливо бредущую по своим делам. Ветер был встречный, и мы, подстроившись под их ход, замерев, выждали, когда один из жеребцов показался из зарослей акаций метрах в 120 и уставился на нас, тоже основательно скрытых колючими кустами, позволив мне тем самым сделать удачный выстрел.

Теперь о том, зачем мы идем на охоту… Не знаю, кто как, а лично я однозначно в первую очередь за тем процессом, который записан в самом определении охоты – это выслеживание с целью добычи, преследование и сама добыча охотничьих животных. То есть, за теми сильнейшими эмоциями, впечатлениями, которые дает нам процесс охоты. И чего лишены, скажем, туристы или просто наблюдатели. И я точно знаю, что в хорошем вольере можно получить все это в полной мере.

Конечно в вольере этот процесс, возможно, будет легче, но все равно нам важны эти эмоции и тот опыт, который мы при этом получаем. Я уже писал как-то, что ког­да последние остатки великих североамериканских племен индейцев были согнаны в резервации, они постоянно просили выпускать из загонов предоставленный им для пропитания домашний скот, чтобы они могли преследовать его на лошадях, охотясь на него так же, как они когда-то охоти­лись на бизонов. Эта печальная картина ясно показывает, что не мясо и не удовольствие от убийства, но приобретаемый в ходе их преследования и добычи опыт сам по себе очень много значил для существования и духовного содержания культуры народа. Так же и у нас, охотников, главным является желание снова ощутить в охоте вкус той незабываемой реальности, которую мы, охотники, так глубоко и лично воспринимаем!

И потому я смею утверждать, что главное в охоте – это сам процесс охоты! И если вольер позволяет испытывать эти ощущения, я согласен в нем охотиться.

Что еще дает нам развитие вольерного хозяйства? Хорошо это или плохо? Сейчас даже трудно до конца оценить значение новых поправок. Перед нашими отечественными охотпользователями открываются новые горизонты. Ведь вольеры – это центры по разведению (еще раз – не истреблению, а разведению!) животных. Своего рода маленькие охотничьи заповедники с режимом ограниченного использования. На стыке охотничьего и сельского хозяйства-животноводства. Вольеры давным-давно существуют во многих странах, от которых мы в этом безнадежно отставали. Новая Зеландия продает 1 200 000 оленей и занимает 1 место в мире по экспорту мяса дичи. В Техасе (США) продукция вольерного хозяйства по разведению диких охотничьих животных на втором месте по доходности после нефтедобычи. Но самый показательный пример – это ЮАР, где в 1960-е годы было 4 ранчо (тот же вольер), а через 50 лет – уже не менее 10 тысяч площадью 20 миллионов га с численностью свыше 16 миллионов голов дичи! На специализированных торгах в ЮАР продается и покупается для расселения свыше 1 500 000 голов охотничьих животных в год! Это обеспечивает работой около 150 000 человек и приносит в казну чуть менее миллиарда долларов в год от организации охоты. Мясо добытых животных поступает в торговую сеть, прочая продукция также идет в переработку. В России же по официальным данным в вольерах на сегодня содержится всего лишь 20 тыс. оленей, 10 тыс. кабанов, 5 тыс. косуль, 3 тыс. ланей и муфлонов. Как говорится, почувствуйте разницу!

Но главное, что при легализации вольерной охоты неуклонно множится численность самих животных как в вольерах, так и на свободной территории. Работает очевидное правило – чем больше вольеров, тем больше диких животных! Снижается пресс на дикую природу, ведь часть охотников переключается на охоту в вольерах (как рыболовы переключаются на ловлю на «платниках» – искусственно зарыбленных водоемах). Особенно в густонаселенных районах, вблизи крупных городов. И нельзя забывать, что такая охота становится доступной для людей преклонного возраста, людей с ограниченными возможностями и прочих категорий граждан, которые в силу каких-то причин не могут переносить трудности охоты в дикой природе. Ведь охота – это еще и оздоровительное мероприятие, подразумевающее усиленные физические нагрузки на свежем воздухе. И не надо забывать, что это дополнительные рабочие места и реальная возможность охотпользователей заработать столь необходимые средства для ведения охотничьего хозяйства, мониторинга и охраны животных и самой дикой природы как среды их обитания. Вполне обычна ситуация, когда за счет одного вольера содержится все остальное охотничье хозяйство.

Так чем же теперь недовольны «зоозащитники»? Почему выступают против вольерной охоты? Раньше они были недовольны, что охотники стреляют животных в дикой природе, теперь, когда стало возможным выращивать животных специально для охоты в вольерах, сберегая их в дикой природе, они снова против.

Их возражения не конструктивны! Как обычно, они построены на эмоциях и не имеют профессионального подхода вследствие полного отсутствия знания предмета. Ну, например, самый популярный их аргумент – это бесконтрольность процесса охоты в вольерах и варварское, жестокое истребление там «бедных» животных любыми способами и в любое время. Да, действительно, многое теперь остается на усмотрение хозяина вольера, который, кстати сказать, по закону, теперь должен быть охотпользователем, заключившим охотхозяйственное соглашение. Но! Устройство вольера (опять же в соответствии с законодательством) дело не только весьма хлопотное (надо получить множество разрешений и согласований), но и весьма дорогое! Стоимость ограждения и устройство необходимой инфраструктуры, приобретение техники, кормов, ветеринарное обслуживание и т.д. выльется в кругленькую сумму! И ни один предприниматель, вложившийся в этот бизнес, не допустит его разорения путем «жестокого и варварского» истребления животных. А напротив будет кровно заинтересован в благополучии и процветании своих питомцев, будет следить за их здоровьем, правильным питанием и ветеринарным обслуживанием, чтобы как можно раньше и как можно больше получить от них потомства, которое необходимо для развития его бизнеса. И если такой опыт будет удачным, то, может быть, наконец вскоре это почувствуют и другие охотники, а затем и остальное население, когда в лесах и на полях появятся животные, а в магазинах – диковинные ныне мясные изделия как продукт дичеразведения. Если кто сомневается, добро пожаловать в Австрию, Германию, США или в ЮАР, убедитесь собственными глазами!

Да, в связи с недавними изменениями в ФЗ «Об охоте…» Правила охоты не будут распространяться на животных, содержащихся в вольерах, но вместе с тем Минприроды России будут установлены ограничения охоты в отношении вольеров с учетом принципов гуманного и рационального использования содержащихся там охотничьих животных. Эта работа еще предстоит.

Так что, уважаемые сограждане, и особенно господа охотники, все разговоры о недопустимости и аморальности вольерной охоты – очевидная ерунда. В реальности это новое и прогрессивное направление для российского охотничьего хозяйства! Поэтому хватит ныть и причитать! Пора начинать действовать и морально поддерживать тех, кто помогает нам сделать животный мир России богаче и разнообразней. Лично я – ЗА!

Автор статьи: Леонид Сонин